Читаем Охотник (ЛП) полностью

  Лефевр пожал плечами. — А я должен был послушать. Но мне нужно было разобраться с отелем, полным трупов. Пожалуйста, примите мои извинения за грубость с моей стороны».

  'Принятый.'

  — Я буду краток.

  Альварес вытер еще немного дождя с головы. 'Мне идет.'

  — Андрис Озолс, — начал Лефевр, — был отставным офицером российского и советского флота. Правильный?'

  Альварес не ответил.

  — Я расценю ваше молчание как согласие, — сказал французский лейтенант с полуулыбкой. — Я знаю, что это правда, и я совершенно уверен, что вы тоже. В любом случае, мы оба знаем, что на прошлой неделе он был убит профессиональным убийцей. Убийца, который сам стал мишенью всего два часа спустя в своем отеле, где он застрелил большое количество людей. Этот пока еще безымянный убийца несколько дней назад вернулся в Париж. Его узнали и преследовали, но он избежал ареста и при этом убил нескольких полицейских. Перед побегом он встречался с американкой».

  — Зачем ты мне все это рассказываешь? — спросил Альварес.

  Лефевр откинулся назад. — Потому что ты можешь сделать с ним больше, чем я.

  'Почему ты это сказал?'

  — Джон Кеннард, — сказал Лефевр.

  Услышав это имя, Альварес представил себе этого парня. Мертв. Зарезанный и лежащий на дерьмовом полу в ванной. 'Что насчет него?'

  — Он работал с вами, да?

  — Послушайте, я здесь не для того, чтобы отвечать на ваши вопросы, ясно?

  Лефевр кивнул. «Это зависит от вас. Я говорю вам то, что знаю, и ничего не прошу взамен. Но я надеюсь, что когда я закончу, вы будете более откровенны со мной.

  Официантка вернулась с их заказом. Альварес сделал глоток кофе. 'Продолжать.'

  «На следующий день после убийства Кеннарда бездомный, хорошо известный моим людям, попытался использовать свою кредитную карту для покупки алкоголя. Его подобрал офицер и допросил. При нем среди прочего был сотовый телефон, принадлежавший вашему коллеге. После продолжительного допроса мужчина заявил, что забрал предметы из мусорного бака, увидев, как другой мужчина их выбросил. Я верю ему. У него нет истории насилия, на нем не было ни ножа, ни крови на его одежде, одежду он не стирает и не снимает».

  Лефевр продолжил: «Человек, выбросивший телефон и кредитную карту, описывается как одетый в костюм и говорящий с английским акцентом. Как и следовало ожидать, мне это не показалось типичным парижским грабителем. В убийстве явно было нечто большее, чем кто-либо думал сначала. В рамках расследования были проверены все последние звонки Кеннарда. Звонили друзьям, членам семьи, коллегам и так далее — ничего подозрительного, кроме одного французского номера, с которого дважды звонили на телефон Кеннарда после того, как его убили».

  Альварес изо всех сил старался не реагировать на услышанное.

  — Этот номер соответствует квартире в Марселе, где мы нашли сложное коммуникационное оборудование. Мой аналог в Марселе обнаружил, что эта резиденция заброшена. Там были взяты женские отпечатки пальцев, которые совпадают с теми, что были найдены в квартире здесь, в Париже. Та самая квартира, откуда сбежал убийца Озолса с той американкой.

  Альварес был ошеломлен. Он поставил свой кофе.

  — Как видите, между вашей коллегой, этой американкой, и человеком, убившим Андриса Озолса, есть какая-то связь. Я не знаю, что это за связь, и беру на себя большой риск, сообщая вам всю эту информацию. Насколько я знаю, вы тоже в этом замешаны.

  — Уверяю вас, что это определенно не так.

  Лефевр кивнул, как будто его не нужно было убеждать. — Я полицейский. Моя работа - привлекать преступников к ответственности. Но я знаю, как работает разведывательный бизнес. Я знаю, что есть вещи, которые мне никогда не расскажут, вещи, которые мне нужно сказать, и без всех доказательств, как я могу что-то решить? '

  Лефевр взял с пола коричневый кожаный портфель и достал папку.

  'Что это?' — спросил Альварес, просматривая файл.

  — Для вас, — объяснил Лефевр, — все, что у нас есть. Все улики.

  Альварес взял файл. Он задал простой вопрос. 'Почему?'

  — Как я уже сказал, потому что ты можешь сделать с ним больше, чем я. Я бы предпочел, чтобы один из нас преуспел, чем мы оба потерпели неудачу. Справедливость важнее для меня, чем доверие. Люди мертвы. Они заслуживают мести. За это я уступаю тебе. Все, о чем я прошу взамен, — сказал Лефевр, — чтобы вы сказали мне не для записи, когда добьетесь успеха.

  Это была небольшая цена. — Буду, — сказал Альварес и имел в виду именно это.

  Лефевр указал на файл. — Внутри вы найдете отпечатки пальцев американки. Я предлагаю вам начать с выяснения того, кто она на самом деле.

  — Я не знаю, как вас отблагодарить.

  Лефевр улыбнулся. — Тебе не нужно.

  ГЛАВА 63

  Никосия, Кипр

  Четверг

  23:49 по центральноевропейскому времени