Читаем Огонь - огнём полностью

На этой картине мальчик пятнадцати лет сидел на каменном полу балкона в ледяную октябрьскую ночь. Он был не один. Старший мужчина стоял перед ним на коленях и пылко целовал, обхватив своими руками его лицо. Глаза их были закрыты, и, казалось, они не обращают никакого внимания на царящий вокруг холод. Снейп почувствовал, как обожгло его щёки, он видел всё происходившее столь же ясно, как если бы заглянул в Омут Памяти.

- Что это? - повторила Грейнджер таким голосом, будто находилась на грани того, чтобы, прижав руки к груди, броситься вниз. - Это… этого не может быть…

- Что? Конечно же, нет, - сказал Уизли. Снейп повернулся к нему и с изумлением обнаружил, что Уизли вовсе не выглядел возмущенным… на его лице было написано отвращение, но не негодование. - Это что-то… что-то вроде наваждения. Ловушка или галлюцинация, или ещё что-то такое. Гарри никогда бы… - Его голос сорвался, и он взглянул прямо на Снейпа. - И вы также никогда не… это ведь ясно.

Снейп был потрясён. Его только что одарили незаслуженным, слепым доверием, и более того, он никак не мог ожидать подобного от чёртова Рональда Уизли, и неважно, почему он это сделал.

- Полагаю, я должен быть польщен тем, что вы считаете меня выше соблазнения собственных учеников, Уизли, - сказал он, удивляясь, как глухо звучит его голос.

- Как будто вы на это способны, - кажется, Уизли пробормотал что-то вроде этого, но Снейп не был уверен, что расслышал всё точно.

Тем временем, Грейнджер вернулась к созерцанию картины, потрясённая и шокированная. А потом, прежде чем Снейп смог остановить её (предположение Уизли насчёт того, что все изображения не более чем галлюцинации, могло сослужить полезную службу и помочь выпроводить этих двоих из проклятой башни), она развернулась и поспешила вверх по лестнице, разглядывая картины, то краснея, то бледнея, и заставляя Снейпа гадать, какие растлевающие сцены с участием его самого и Гарри она видит. Вне всякого сомнения, она уже созерцала их в постели Дамблдора. Сейчас она, возможно, проходит мимо картины, изображающей их первую ночь в подземельях. Или даже первый опыт занятия любовью в ванной…

- Стой! - прорычал он, и, к его изумлению, Грейнджер действительно остановилась. Она стояла перед очередной картиной, задыхаясь, и, казалось, её глаза были полны слёз.

Он не знал, что ещё сказать. Прекрати смотреть на них. Это не предназначено для твоих глаз. Эти мгновения тебе не принадлежат.

Что бы не изображало очередное полотно, Грейнджер и не подумала отвернуться от него. Глядя прямо перед собой, она негромко произнесла:

- «Ежедневный Пророк». О господи, Пророк… Рита Скитер говорила правду…

- Гермиона, - попытался возразить Уизли, но теперь в его голосе звучала неуверенность.

- Та статья… после неё он так долго был словно не в себе, неважно, что он говорил… и… - она дёрнула головой и снова впилась взглядом в Снейпа, судя по всему, Грейнджер была в бешенстве. - Ему по-прежнему назначали отработки! И… и всё что произошло с Невиллом! Невилл ненавидел вас, а не Гарри…

- Гермиона, - проговорил Уизли, - нет, это неправда. Ты ошибаешься…

- Нет, я не ошибаюсь! - воскликнула она, стиснув пальцы в кулаки и вся дрожа. - Всё… всё говорит об этом! Рон, ты рассказывал, что заставал его, когда он убегал по ночам из спальни, верно?

- Он… он говорил, что ходит в библиотеку или встречается с Джорджем, - выкрикнул Уизли. - Он тогда был с Джорджем, помнишь? Брось всю эту ерунду. Профессор, скажите ей, что она не права, и мы сможем выйти отсюда и поискать его ещё где-нибудь.

Грейнджер прижала руку ко лбу, глядя себе под ноги с таким видом, будто у неё в голове шла активная работа.

- Вы приходили за ним, чтобы забрать его из гриффиндорской башни, - бормотала она, - дважды. И он… он всегда защищал вас. Он провёл с вами это лето. Вы обращаетесь с ним мягче в этом семестре… в письме, которое мы получили, он писал…

- К чёрту всё это! - прорычал Уизли. - У нас нет на это времени! Кто знает, где сейчас Гарри? Профессор… - в его голосе слышалась мольба, и Снейп понял, о чём он просит. - Просто скажите ей, что это неправда. Хорошо? Просто скажите это.

- Почему я должен говорить ей что-то? - спросил холодно Снейп. - Почему я вообще должен объясняться перед ней? Грейнджер, - бросил он, - или скажите, наконец, что-нибудь полезное, или позвольте нам покинуть это место.

Губы Грейнджер дрожали, затем сжались и, не сказав ни слова, не отрывая глаз от Снейпа и Уизли, она прикоснулась к раме ближайшей к ней картины.

«Ты сам не знаешь, чего ты хочешь, не так ли? Я понимаю. Но ты… ты причиняешь мне боль. Я не хочу, чтобы ты снова поступил со мной подобным образом. Пожалуйста, не делай так больше…»