Читаем Огненный холод полностью

– К чему это, Марина Александровна? Зачем вам переживать стресс заново? Вы должны отрешиться от старого и оптимистично смотреть вперед. Так что езжайте с чистой совестью домой!

Остаток дня Марина провела словно в трансе. Ей все мерещились голоса Вики и Нади, казалось – дверь вот-вот отворится и на пороге покажутся подружки. Но вместо них в семнадцать ноль-ноль появился молодой человек с жидкими усиками и сказал:

– Марина Александровна, нам пора!

Они приехали на вокзал, сопровождающий извлек из багажника «Волги» чемодан Марины, занес его в купе, а на прощание оставил шикарный букет цветов и огромную коробку импортных конфет.

– Всего хорошего! – произнес он и удалился.

Марина, отвернувшись, почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Жизнь Нади и Вики оценена в букет цветов и коробку конфет! Только что она могла поделать?

Когда поезд тронулся в путь, девушка выбросила букет в мусорку, а конфеты подарила проводнице – все равно в горло сладости не полезли бы. Проводница долго ахала и восхищалась. Марина улеглась на полку, накрылась с головой простыней и попыталась заснуть. Но перед глазами стояли лица Вики и Нади. Более всего она страшилась встречи с родителями подруг. Что сказать им? Неужели придется лгать и изворачиваться? Или они заслужили того, чтобы узнать правду?

В Горьком ее встречали не родители, а пожилой седой мужчина, оказавшийся работником прокуратуры. Он помог ей с чемоданом, а потом сказал:

– Я довезу вас до дома, Марина Александровна!

Их ждала черная «Волга», как две капли воды похожая на ту, что доставила девушку в Сочи на железнодорожный вокзал.

По пути мужчина еще раз напомнил Марине, что она дала письменные показания и взяла на себя обязательство ничего из того, что произошло, не предавать огласке.

– И даже родителям вы не должны рассказывать о случившемся, – подчеркнул работник горьковской прокуратуры мягким тоном, в котором, однако, можно было расслышать угрозу. – Никто ничего не должен знать! Ну вот, мы и приехали. Родным о вашем возвращении мы ничего не сообщали. Зачем их беспокоить? Объясните, что решили прервать отдых по причине несчастного случая, произошедшего с подругами. Скажите, что они попали в больницу, а больше вам ничего не известно. Но никаких подробностей! Остальное мы возьмем на себя. Если будут проблемы, смело обращайтесь ко мне, я всегда помогу!

* * *

Папа с мамой были несказанно удивлены, придя с работы и застав дочку дома. Марина сухо сказала, что обстоятельства заставили ее уехать из Сочи пораньше.

– А ты отлично загорела, – заметил отец.

– Вика и Надюша тоже вернулись с тобой? – спросила мама. – И как тебе удалось поменять билеты на поезд? Это же очень сложно в летнее время.

– Вика и Надя остались... Они в больнице, – опустив глаза, ответила Марина. Ей очень не хотелось обманывать двух самых своих любимых людей на свете, но иного не оставалось.

Мама всплеснула руками, отец живо поинтересовался:

– А что с ними приключилось? Что-нибудь серьезное?

– Кажется, несчастный случай, – глухо произнесла Марина. – Но я ничего толком не знаю.

Отец и мама приняли решение, что ставить в известность родителей Вики и маму Нади (та воспитывала дочку одна) пока не стоит – если ничего не известно, то зачем заранее тревожить людей. Марине пришлось рассказывать о том, как прошел отдых, старательно скрывая правду, потому что она знала, другого выхода у нее нет.

Наконец девушка удалилась в свою комнату и долго рассматривала альбомы с фотографиями, на которых были запечатлены Вика и Надя, ее лучшие подруги, которых уже нет в живых...

Последующие дни были самыми ужасными – стало известно о том, что Вика и Надя погибли. Зиминых навестили родители Вики – потрясенный отец, поседевшая от горя мать. Марина, удивляясь своему хладнокровию, твердила то, что ей было приказано: поссорилась с подругами в тот день, осталась дома, а они отправились одни на прогулку. Прибежала и мама Нади, которую Марине было жаль больше всего – у Вики имелись еще старшая сестра и младший брат, а вот у Людмилы Григорьевны Егорченко Надя была единственным поздним ребенком.

– Марина, ты что-то от меня скрываешь! – вдруг заявила несчастная женщина, вытирая слезы. – Я вижу, ты говоришь не всю правду! Скажи мне, что случилось с Надюшенькой? Я пыталась дозвониться до соседей Ирины, той самой подруги моей сестры, у которой вы остановились, но у них постоянно занято!

– Уверяю вас, тетя Люда, я сказала все, что знала, – пролепетала Марина и заплакала.

За дочку вступились родители, отославшие ее с кухни, где проходил непростой разговор.

* * *

Надю и Вику хоронили в один день, только Надю с утра, а Вику ближе к вечеру. Марина пересилила себя и побывала и на тех, и на других похоронах. Зрелище было ужасное – плачущие родственники, шокированные друзья, море цветов. Мама Нади, увидев Марину, бросилась к ней и принялась выкрикивать что-то несвязное. Женщину увели прочь, а кто-то из знакомых сказал:

– Не обращай на нее внимания, она не в себе последние дни. Еще бы, такой удар...