Читаем Огненное крыло полностью

Шейд посмотрел на растрескавшуюся грязь равнины; там действительно не было никакой борозды.

— Местность совершенно изменилась! — запричитал Йорик.

— Фрида говорила нам, что она может меняться, — сказала Ява. — Я помню это.

— Именно поэтому нам надо было спешить! — простонал Йорик, бросая негодующий взгляд на Шейда и Мрака. — И ни на что не отвлекаться! Помните?

Шейд подлетел к нему.

— Спой мне карту, — потребовал он и тотчас пожалел о резкости в своем голосе.

— Ни за что! — ответил Йорик. — Эта карта для меня одного.

— Не будь смешным! Она для всякого, кому нужно добраться до Древа.

— Я не скажу тебе, и ты не сможешь меня заставить, — заявил Йорик.

— Спой ему карту, — попросил Немо. — Может быть, ему больше с ней повезет.

— Не буду!

— Но почему? — поинтересовался Шейд. — Ведь ты хочешь добраться до Древа, правда?

— Конечно, но…

— Чего ты боишься, Йорик? — мягко спросила Ява.

— Если я передам вам карту, вы можете улететь без меня! Зачем вам искалеченная летучая мышь, которая только задержит вас?

Он выглядел таким подавленным и несчастным, что Шейду стало жаль его.

— Конечно же, мы не сделаем этого, — сказал Шейд. — Просто я смог бы помочь тебе. Я хорошо умею обращаться с картами.

Но Йорик, несмотря на уверения Явы и Немо, все-таки стоял на своем.

Шейд в отчаянии посмотрел на горизонт.

— Мой сын получил карту совсем недавно, верно? — сказал он с внезапным пониманием. — Значит, мы должны следовать за ним.

— Допустим, но как? — Йорик смотрел на Шейда как на безумного.

— Если он был здесь поблизости, я мог бы услышать его эхо.

— Ты можешь это сделать? — недоверчиво спросила Ява.

Шейд закрыл глаза, прислушался, отгородившись от остальных звуков, и поплыл во времени. Он услышал впереди след эхо-изображения и полетел за ним над пустыней. Вскоре он разглядел, что это был детеныш сереброкрыла, самочка, а слева от нее другой неясный образ — Гриффин.

Шейд смотрел, как след эхо-изображений тянется к горизонту, затем открыл глаза и наложил звуковую траекторию на местность, определяя направление.

— Я вычислил курс! — крикнул он остальным. — Мы полетим за ними.

— И ты думаешь, что они летят в верном направлении?

— Это лучшее из того, что мы имеем, — сказал Шейд, полный решимости следовать за сыном, куда бы тот ни направлялся.

— Отлично, — усмехнулся Мрак. — Тогда летим.

— Я должен знать ваш курс, — потребовал Йорик.

Шейд молча показал ему точку на горизонте.

— За мной! — крикнул Йорик и рванулся вперед. С большой неохотой Шейд позволил ему лететь впереди. Через несколько сот взмахов крыльев Шейд снова поискал эхо-след Гриффина. Направление сохранилось. Он уже было открыл глаза, когда уловил еще чей-то слабый след, совсем недавний, но следующий тем же курсом, что и Гриффин.

Шейд сосредоточенно слушал, надеясь, что изображение прояснится. Как он и предполагал, это оказался расплывчатый силуэт другой летучей мыши. Он прислушался внимательнее, побуждая серебристое изображение вылиться в определенную форму.

Крылья, морда. Огромные челюсти.

Гот.

Гриффину снились гусеницы. Его любимый клен был сплошь покрыт ими, на его глазах они дочиста уничтожили листья. Гусеницы кишели на ветках и стволе, вгрызались в него, пожирая древесину. И он ничего не мог поделать. Слишком много гусениц — одному не справиться. Луна должна помочь ему. Внезапно гусеницы оказались уже не на дереве, они были на нем, покрывали шерстку толстым слоем. Он не смог быстро стряхнуть их, и теперь они пожирали его. «Луна! — закричал он. — Луна, Луна, Луна!»

— Луна!

Гриффин резко открыл глаза. Она смотрела на него.

— Я звал тебя? — задыхаясь, спросил он.

— Да. А что случилось?

— Я… Я еще жив? — выпалил он в страхе.

— Судя по тому, что ты по-прежнему сверкаешь, да, — усмехнулась она.

— Мне просто приснился плохой сон, — уклончиво сказал Гриффин. — Извини, что разбудил тебя.

— Я не спала.

Он нахмурился:

— Совсем?

— По-моему, я совсем не нуждаюсь в сне, — с некоторой тоской проговорила Луна.

— И ты вот так просто висела все это время?

Ее мордочка выглядела измученной.

— Я думала, — сказала она. — Вспоминала обо всем понемножку.

— Это хорошо. — Гриффин надеялся, что она не вспомнила, как он уронил на нее горящую соломинку.

Он заметил, что земля наконец успокоилась, снова превратившись в растрескавшуюся равнину.

— Ты отдохнул, чтобы лететь дальше? — спросила Луна. Казалось, она, так же как и он, хочет поскорее улететь отсюда.

— Да. Нам нужно только определить новый курс. — Гриффин согнул колени и приготовился взлететь к отверстию, но тут Луна вскрикнула. Он оглянулся и увидел, что она болтается в воздухе на дюйм ниже ветки и сильно раскачивается.

— Что-то схватило меня за ногу! — закричала она, извиваясь.

Гриффин минуту пристально смотрел и наконец понял, в чем дело. Он рассмеялся.

— Просто небольшой побег кактуса обвился вокруг твоей левой лодыжки.

Луна дернула ногой, но росток держал крепко.

— Гриффин, отцепи его от меня!

— Виси спокойно. Я попробую его перекусить.

Он взгромоздился на ветку, подполз к основанию ростка и сомкнул вокруг него челюсти. Но совершенно неожиданно тот дернулся, и Гриффин, вскрикнув, отпрянул.