Перед Фредом шкворчит большой гриль, когда повар в белом фартуке переворачивает два бургера, кладет сверху полоски оранжевого сыра, насыпает ломтики картофеля в проволочную корзинку и опускает ее в кипящее масло.

– Она вошла прямо туда? – спрашивает старший.

Парень что-то бормочет в ответ.

– Должно быть, то еще зрелище для больных глаз. – Старший добавляет что-то еще, и парень нервно смеется.

– Но ты ничего не нашел? Больше ничего не было?

– Нет. Я искал тщательно. Единственное, что было хорошо спрятано, – этот ранец.

– Что же она делала с этим барахлом? Здесь школьный пропуск какой-то другой девушки, давай-ка посмотрим… Теодора Суини. Выпускной класс католической школы. Это по другую сторону улицы, где Эва устроила лагерь со своим парнем.

Имя отзывается в мозгу Фреда: Теодора. Девушка, с который была Пру, ученица школы, где она работает. Должно быть, та самая… сколько еще может быть девушек с таким идиотским именем?

А «Эва и ее парень» – это сын губернатора и бездомная девушка, которую разыскивают все вокруг, включая его брата.

Фред достает телефон и посылает брату сообщение, прислушиваясь к разговору за спиной: «Еще один объект для тебя: Теодора Суини, выпускной класс католической школы».

– Не знаю, – говорит парень. – Может быть, Эва украла его? Или они вместе торгуют наркотиками?

– Как бы то ни было, это нам не помогает, верно?

Официантка приносит им кофе и пирожное.

– Вишневое для вас, – говорит она. – А с шоколадным кремом для вас. Дайте знать, если понадобится что-то еще.

Они благодарят ее. Как только она уходит, разговор возобновляется.

– Что вам предложить? – обращается официантка к Фреду, выходя из-за стойки и улыбаясь. На груди прикреплена табличка с именем «Шэрон».

– Только кофе, пожалуйста, – отвечает Фред, хотя у него урчит в животе. Сейчас не время для чизбургеров.

– Уверен, красавец? У нас есть шесть видов свежих домашних бургеров. Вон там все написано. – Она указывает на грифельную доску с меню: «С цыпленком и грибами, с мясом, с луком и ливером, с бобами и свининой, с говядиной и плавленым сыром. Пирожные: с вишней, с черникой, с тыквой, с шоколадным кремом, с изюмом, лимонные меренги».

Фред считает неправильной саму идею пирожков с изюмом. Себе бы он заказал бургер с говядиной и плавленым сыром, но, если парень сорвется с места, придется последовать за ним. Официантка льет кофе в его чашку.

– Спасибо, я все-таки обойдусь кофе, – говорит Фред и снова пытается услышать разговор у себя за спиной.

– …лучше сохранить. Это может оказаться полезным.

– Ладно, как хочешь, – говорит старший. – Ты собираешься есть пирожное или как?

– Что-то не хочется, – отвечает парень.

– Тогда давай его сюда. Нечего хорошей еде пропадать зря. – Слышен звук вилки, скребущей по тарелке.

– Значит, завтра, когда она придет… – Голос парня звучит слабо и нервно. – Я хочу сказать… ты не собираешься причинять ей вред, правда?

Старший смеется:

– Нет, если ты сможешь получить от нее то, что мне нужно. Я буду рядом и все услышу. Если ты сделаешь свое дело, я даже не выйду поздороваться с вами.

– Но что, если у нее этого нет? Что, если…

– Разумеется, это у нее! Мы уже тысячу раз говорили об этом. У Майлза ничего не было. У Лили ничего не было. У тебя тоже. Если у нее этого нет, то больше некого искать. Но нам нужно действовать быстро. Нужно убрать ее с улицы и получить это, пока копы ее не сцапали.

Снова звук вилки, скребущей по тарелке, и стук чашки, опущенной на стол.

– Я выйду покурить, – говорит парень.

– Хорошо. Я расплачусь, потом встретимся снаружи. Могу подбросить тебя, если нужно.

– Это было бы неплохо, – говорит парень.

Спустя полминуты слышен звук открывающейся и закрывающейся двери. Фред смотрит направо, где старший оплачивает счет у кассового аппарата. Его седые волосы, зачесанные назад, удерживаются маслом или специальной помадой.

– Все в порядке? – спрашивает официантка.

– Все просто отлично, милочка. – Мужчина протягивает руку за сдачей, и Фред замечает старую, грубо сделанную татуировку у него на запястье: пара игральных костей, каждая с одной точкой по центру.

Тео

Они вернулись в квартиру Пруденс. Тео расхаживает по комнате, а Эммет, маленький пес Пруденс, возбужденно кружит рядом с ней.

– Вот дрянь, – говорит Тео. – Черт, черт, черт!

Обратный путь был крайне неприятным после того, как Некко рассказала им, что не нашла ранец там, где спрятала его.

– Он пропал? – спросила Тео. – Что ты хочешь сказать?

– Кто-то разгромил мое укрытие. Они нашли тайник… – Некко качает головой, как будто сама не может в это поверить.

– Кто это «они», черт побери?

– Не знаю, – уныло ответила Некко. – Может быть, тот, кто убил Гермеса? Может быть, вчера кто-то следил за мной? Я была так осторожна… но, наверное, недостаточно.

– Витаминов нет? – спросила Пруденс.

Некко покачала головой.

– Ни ранца, ни витаминов, ни денег. Ничего нет.