Читаем Огнем и броней полностью

Янычар же со своей группой днем тоже провел разведку. Выйдя на подводных скутерах из залива Каракас, никем не обнаруженные добрались до места якорной стоянки "Карлсруэ" и произвели очередной осмотр места диверсии. В воде хорошо были слышны звуки ремонтных работ, проводимых к румпельном отделении. Правда, за прошедшие дни никаких успехов немцы пока не добились. Провернуть руль хотя бы на небольшой угол им так и не удалось. Но надежды на "Карлсруэ" не теряли и пытались что‑то сделать. Впрочем, никакого значения это уже не имело. "Тезей" со "зверинцем" были уже неподалеку и ждали только ночи, чтобы незамеченными подойти к берегу и высадить десант. С севера к Кюрасао подходили "Песец" и "Аврора". "Карлсруэ" обложили со всех сторон, как медведя в берлоге. И если днем он имел реальные шансы отбить нападение, если бы доковылял к месту высадки десанта, то ночью его боевые возможности резко снижались. Этим и решили воспользоваться. Внимательно изучив картинку на экране радара, Леонид нарушил молчание.

— Немцы стоят, где стояли. Разведка доложила, что все тихо. Значит колбасники успокоились и не ждут неприятностей от нас.

— Но ведь когда узнают о высадке, могут сняться с якоря и попытаться нас погонять?

— Попытаться могут. Погонять нет. С заклиненным рулем в положении "полборта лево" они будут выписывать пируэты на воде, пытаясь управляться машинами, имея низкую скорость. Мы легко сможем держать дистанцию. Но на всякий случай показываться на глаза немцам не будем, так как в этом нет необходимости. Высадим десант и укроемся за островом. А "Беркут" пусть издалека наблюдает и на нервы колбасникам действует. Пусть знают, что каждый их шаг нам известен. Может скорее созреют.

— Согласно последней информации от разведгруппы, никаких сил у голландцев в районе высадки нет. Охрана города со стороны суши тоже практически отсутствует. Пара небольших сторожевых постов не в счет. Может как высадимся, сразу на город рванем? Да и войдем с утра пораньше, когда нас там никто не ждет? Как говорится, кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро.

— Если бы нам надо было захватить Виллемстад, наплевав на возможные осложнения в наших отношениях с голландцами, то да, город надо брать, причем врасплох. Но у нас сейчас другая задача. Поэтому будем действовать максимально политкорректно. Один батальон морпехов вместе с артиллерией и БМП останавливаются на подступах к городу, занимают господствующие высоты, окапываются, но в город не суются. Два других батальона по окраинам проходят к порту и занмают его, устранив любую возможность выхода в море и отрезав порт от центральной части Виллемстада. Таким образом мы будем угрожать голландцам перекрестным огнем, не ограничивая возможность маневра БМП и создав наиболее благоприятные условия стрельбы для нашей артиллерии с господствующих высот. Сделать все как можно тише и быстрее. А после этого постараемся убедить голландосов, что данное мероприятие преследует исключительно миротворческие цели и направлено на спасение Кюрасао от злокозненных немцев, которые втерлись к ним в доверие и сбили с пути истинного. Поэтому просим выдать нам всех колбасников вместе с их кораблем, после чего мы сразу же уйдем, нисколько не претендуя на голландскую территорию. Может и дойдет. А то, устраивать уличные бои даже при большом перевесе в силах очень не хочется.

— А если не дойдет? И они пальбу откроют? Ведь основные силы у голландцев находятся в форте на берегу пролива, и пушки там есть. Могут не устоять перед искушением, понадеявшись на помощь новообретенных "союзников".

— Если пальбу откроют, разбить им из "Слонобоев" все пушки. А для мушкетов дистанция все же велика. Найдутся дурные из мушкетов пострелять — ради бога, пусть на них наши снайперы потренируются. Если голландосы поймут намек, то будут сидеть за стенами форта и не отсвечивать. Если же в них взыграет боевой дух и они рещатся на вылазку, понадеявшись на помощь немцев, то огонь из всех видов оружия на поражение. Вылазку отбить, но отступающих не преследовать и в форт не лезть. Городских обывателей не обижать, но только тех, кто хорошо себя ведет. Если же кто взял в руки ствол, или клинок, считать таких оказавшей вооруженное сопротивление милицией и не церемониться. А с губернатором после этого будем разговаривать совсем по другому. Представим его действия, как недружественную акцию частного лица против нас. Через голландцев на Тобаго передадим дипломатическую ноту, что дескать против самой Голландии мы ничего не имеем и считаем виновным в произошедшем инциденте исключительно губернатора Кюрасао, снюхавшегося с нашими врагами. Даже извинимся за учиненные беспорядки. И даже нанесенный ущерб возместим. Потом. Когда‑нибудь. Может быть. Угадайте с одного раза, как на это отреагируют голландцы. Особенно в ожидании очередной войны с Англией, которая скоро начнется…