За долю секунды до того, как Чейз догнал его, Люк оглянулся и понял, что его вот-вот раздавят. Вместо того, чтобы среагировать, он замер, и Чейз врезался в него плечом, сравняв его с землей сокрушительным чеком на открытом льду.

Это был один из тех брутальных хитов, которые можно было увидеть по телевизору, воспроизведенный в сборнике клипов «10 лучших хитов всех времен».

Почти в замедленной съемке Люк полетел и приземлился на бок.

Чейз уехал, не оглядываясь.

Толпа разразилась ревом, а игроки на скамейке «Бульдогов», включая Дерека, громко протестовали, требуя пенальти.

Шивон повернулась ко мне, ее сине-зеленые глаза расширились.

— Парень, Чейз, расплющил твою жопу бывшую?

— Ага. Уверенно. — Я поправила свой серый шарф, заправив его под воротник пальто. Оно было мягким и теплым, но я могла бы надеть еще как минимум два слоя одежды. Или, может быть, длинное нижнее белье, не то чтобы это было самой сексуальной вещью, которую Чейз найдет позже.

— Это выглядело не очень хорошо. — Шив втянула воздух сквозь ослепительно белые зубы и скривилась.

— Нет, — сказала я. — Конечно, нет.

Судья дал свисток, остановив игру. Я смотрела, как Люк растянулся на льду, ошеломленный. Как бы я его не ненавидела, мне не нравилось, когда игроки получают травмы. Излишне говорить, что у меня были смешанные чувства. Люк определенно заслуживал солидного чека — просто чтобы не быть сильно покалеченным.

Умеренно искалеченный, наверное.

Но я также не хотела, чтобы у Чейза были проблемы.

Болельщики Бульдогов разразились аплодисментами, когда Люк медленно подтянулся и подкатился к скамейке запасных, его равновесие было неустойчивым, и он заметно прихрамывал. Когда он сошел со льда, тренеры «Бульдогов» подбежали к нему и помогли пройти в раздевалку. Он будет отсутствовать до конца игры из-за протоколов лиги о сотрясении мозга. Может быть, дольше, в зависимости от травмы, полученной его ногой.

Но исполнит ли Чейз пенальти? Или хуже? Сам удар был чистым, технически говоря; он держал локоть прижатым, и голова Люка не касалась его головы. Но не было сомнений, что он намеревался сбить Люка. Он даже не был немного серым.

Шив и я наблюдали, ожидая на булавках и иглах и обмороженных задних частях, как официальные лица совещались в стороне.

— Пожалуйста, не допускай, чтобы это было игровым нарушением, — пробормотала я, потирая замерзшие руки, что было примерно так же эффективно, как тереть друг о друга два кубика льда.

— Надеюсь, что нет, — сказала Шив. — Соколам он нужен в игре.

Судья подал сигнал, объявив Чейза двухминутным минором для обвинения.

— Уф, — сказала я, напряжение в моем теле ослабло. Это было более чем справедливо, учитывая, что он преодолел значительное расстояние, чтобы попасть в цель.

Шивон кивнула.

— Слава Богу.

Скамейка запасных «Бульдогов» разразилась вторым раундом громких жалоб, требующих ужесточения наказания. Чейз пожал плечами и поехал к штрафной, ухмыляясь всю дорогу. У меня было ощущение, что он с удовольствием взял бы более длинный пенальти.

К сожалению, на часах оставалось меньше двадцати секунд, а это означало, что «Бульдоги» начнут третий период с другой игры в большинстве, а «Соколы» снова остались в меньшинстве.

Я надеялась, что это не вернется, чтобы преследовать их.

ГЛАВА 30

НЕ ПЕРВЫЙ

Бейли

Когда начался второй антракт, мы с Шивон поднялись по лестнице и направились в вестибюль, чтобы размять ноги. И, надеюсь, вернуть чувства в наши нижние половинки. Мало того, что на арене было холодно, так еще и сиденья были твердыми, как камень, и моя задница онемела. С тем же успехом мы могли бы сидеть внизу на ледяной поверхности.

Она вздохнула. — Может быть, третий будет лучше.

— Я надеюсь, что это так. — Трудно было в это поверить, но уничтожение Люка Чейзом могло положительно сказаться на моральном духе Соколов. Или мораль Чейза, по крайней мере. Я указал на розовую вывеску в дальнем конце коридора. — Мне нужно бежать в ванную.

— Хорошо, — сказала она. — Я собираюсь купить горячий шоколад. Я скоро превращусь в Эльзу, если меня не согреет что-нибудь. Ты тоже хочешь?

— Было бы здорово, спасибо. Это бледно по сравнению с горячим шоколадом из «Конца света» с Чейзом, но Шив был прав — холод арены пробрал меня до костей. В следующий раз, когда я буду в Нортвью, мне нужно будет не забыть взять с собой одеяло.

Когда я повернула за угол, чтобы выйти из женского туалета, я увидела Амелию и Джиллиан, стоящих снаружи. Ледяной ужас наполнил мое тело быстрее, чем я успела моргнуть. Не мог убежать от них дома, не мог убежать от них на арене.

На них были короткие юбки с голыми ногами, что показалось мне крайне непрактичным, учитывая место проведения. Черт, даже мой наряд не подходил, а я была в джинсах с фланелевой застежкой под пухлым пальто.

Взгляд Джиллиан метнулся ко мне, и она подтолкнула Амелию, наклонившись, чтобы сказать что-то себе под нос, бесшумно двигая накрашенными бордовым цветом губами. Я как раз обходил их, когда Амелия повернулась, сердито глядя на меня сильно накрашенными глазами.

— Ты будешь рада узнать, что твой бойфренд ранил Люка.