Читаем Офицер Вайрочаны полностью

«Что-то должно произойти», – пронеслось в голове у Игоря.

Он встал, пошёл по направлению к туалету. В данной ситуации это было единственное место, где невозможно застать врасплох. Закрыв дверь, он стал ждать. Ожидание не было долгим, отчётливо раздался испуганный крик, вероятно, принадлежавший стюардессе, стоявшей неподалёку, затем ещё несколько, более отдалённых, и потом тишина.

Игорь расстегнул рубашку, слегка смочил волосы водой, принимая вид неряшливого пассажира, затем достал из кармана портмоне, в одном из отделений которого находились четыре остро отточенные пятипенсовые монеты. Он вынул одну, вставил её между указательным и средним пальцем. Теперь Голицын был вооружён и очень опасен. Он посмотрел на часы: до Дели оставалось лететь полтора часа, затем его ждал рейс на Патну. Наконец, открыл дверцу и буквально вывалился наружу, создавая образ изрядно напившегося пассажира.

Осоловевшими глазами окинул взглядом салон: их было двое, пытавшихся захватить самолёт. Один стоял рядом с кабиной пилотов, другой же, высоко держа пистолет в руке, удерживал пассажиров в повиновении, обхватив стюардессу. Увидев Игоря, размахивающий оружием крикнул ему по-английски, чтобы он быстро садился, однако Голицын, слегка покачиваясь, сделал несколько шагов вперёд, оказавшись между террористами, и остановился. Тот повторил, добавив ругательство, однако Игорь не двинулся с места. Ещё раз выругавшись, человек с пистолетом приказал по-арабски сообщнику запихать пьяного пассажира на место. Тот приблизился сзади к Игорю и пнул его ногой по направлению к пустому креслу. Голицын упирался, но сделал несколько шагов, считая, что это удачный способ довести его до нужного места. Идущий сзади продвинулся к нему и снова пнул. Игорь шагнул вперёд, едва удерживая равновесие: ему требовалось, чтобы эти двое сблизились, насколько это было возможным. У отдававшего приказы могло кончиться терпение и… Голицын медленно направился к своему месту, одновременно приближаясь к вооружённому террористу. Расстояние сократилось до трёх метров. «Что ж, этого достаточно».

Игорь, словно теряя равновесие, взмахнул руками и метнул монету в стоящего перед ним террориста. Секунда – и она, острая, как бритва, вонзилась в руку, держащую оружие. От боли и неожиданности боевик выронил пистолет. Воспользовавшись этим, стюардесса вырвалась. Голицын же, рванувшись, схватил упавший пистолет и развернулся ко второму террористу, который замер, не понимая до конца, что произошло.

– На колени! – быстро прокричал Игорь по-арабски. – На колени!

Воспользовавшись замешательством, несколько сохранивших самообладание мужчин набросились на террориста и повалили его на пол салона. Голицын обернулся. Второго боевика тоже мгновенно скрутили.

– Верёвка найдётся? – обратился Игорь к стюардессе, у которой, судя по её взгляду, шок уже прошёл. После того как обоих связали, Голицын достал платок и вынул глубоко вонзившуюся монету из окровавленной руки боевика.

Тем временем стюардесса, прибежавшая из другого салона, бросилась успокаивать пассажиров. Те же, в свою очередь, пытались оказать знаки внимания Игорю: все хотели пожать ему руку. Голицын благодарил в ответ, просил всех занять свои места. В оставшееся до посадки самолёта время напряжение в салоне не исчезало: каждый пассажир понимал, что находился на волосок от гибели, и переживал стресс по-своему. У одних проснулся аппетит, у других – жажда крепких напитков, так что измученным стюардессам работы хватило.

«Теперь надо подумать, как объяснить произошедшее представителям индийских спецслужб. Разговор с ними лёгким наверняка не получится», – Игорь откинулся в кресле.

Так и случилось. После посадки самолёт был окружён спецподразделением, бойцы которого забрали нападавших. Оставшийся в салоне офицер, развернув список пассажиров, назвал фамилию Игоря, тот поднялся и под аплодисменты пассажиров направился к выходу. Затем ему предложили пройти в стоящий рядом с «боингом» микроавтобус, где и состоялся импровизированный тщательный допрос на английском языке. Больше всего их интересовало, не связан ли Голицын со спецслужбами России. Подобное поведение было присуще, скорее, воину-профессионалу, чем обычному туристу. Игорь объяснил, что просто увлекается единоборствами, заметил, что, будучи юношей, изучал самбо и, находясь с родителями в Багахе, освоил боевое искусство вирумкаи, а частые приезды в Индию объяснил юношеской любовью к культуре штата Бихар. Самое трудное – наличие у него отточенных монет, пронесённых им в самолёт, – назвал просто счастливой случайностью. После поездки в Йемен, где невозможно чувствовать себя в безопасности, он забыл вынуть их из портмоне. Про себя Голицын подумал: «Интересно, как они проморгали оружие, пронесённое на борт террористами?»