Читаем Один в поле... полностью

Так что, можно сказать, что мне «повезло», что моей растерянностью никто всё ещё не воспользовался. Некому просто. А то б… Но вот что мне делать дальше — яснее не становилось. Ситуация из «просто паршивой» постепенно превращалась в катастрофическую. Ладно, один труп. Непонятно, но как-то ещё может быть объяснимо. Но три подряд… А информации о происходящем как не было — так и нет. Что вокруг происходит вообще? Не со мной. Ладно, допустим — я принял ситуацию со своим переносом в прошлое. Пусть, черт с ним. Но что творится с окружением? Трупы, зима, воющая собака, запах гари, пустая трасса без единой машины…

Кстати — трасса. Точнее мост. Отсюда до него совсем близко. Вон он — нависает горбом метрах в ста. И светает уже. Шанс — узнать хоть что-то там? На тикающих часах на стене девятый час. Надо бы и вправду подняться на мост. Самая высокая ж точка в округе. Осмотреться с него. Понять что к чему. Нужно же хоть что-то делать. Вздохнув я поправил мокрый пуховик на плечах и вышел на улицу под этот мелкий и, вроде как, почти неощутимый дождик. Однако промок-то я уже насквозь. Ну ничего. Сейчас поднимусь на мост и решу что делать дальше.

Поднялся. Это действительно была трасса. Настоящая. Широкая. Шестиполосная — по три полосы в каждую сторону. К мосту они, конечно, сужались до двух полос, но я же видел ее километров на пять в каждую сторону. Трасса широкая. И, тоже — абсолютно пустая. Нет, вон справа за железкой, над которой я сейчас нахожусь, видно заправку и на ней немало фур стоит. А слева, вон там — что-то типа кемпинга или шашлычной у трассы. И тоже парочка фур стоит. Но вот движения по трассе не было никакого. Никто никуда не ехал. Тишина. Полная. И это напрягало. Но не это было самое мерзкое. Южнее, за мостом там, куда уходила железка, я видел город. Ну, по крайней мере, высотные здания стояли там довольно кучно. Далековато правда… Те же самые километров пять. Но видно же. Благо высота моста позволяет. Девятиэтажки. Много девятиэтажек. А между ними, как утесы — вздымались семнадцатиэтажные свечки. С десяток где-то. Большой микрорайон.

И запах гари шел именно оттуда… В светлеющем небе ясно было видно зарево минимум трех пожаров. Черный дым поднимался к низким свинцовым тучам, смешиваясь с ними и уже неясно становилось, где заканчивается этот дым и начинается облачность. Что горело — тоже неясно. Но три пожара разом… И не похоже чтоб их кто-нибудь тушил. Даже и не пытался!!! И пустая трасса…

И вообще, людей не видно нигде. Хотя строений хватает. Вот тут за мостом, но не доходя до высоток города целый поселок солидных «особнячков». И это не дачи для лета. Явно — жилые дома. И, причем, далеко так не бедные. Два-три этажа, отделка… Нет никак ни дачи. Именно — Особняки. С большой буквы «О» каждый. А сзади… ну, то есть, с той же стороны что и СНТ, только западнее и, уже, по ту сторону железки — тоже какой-то поселок. Только уже барачного типа. И явно проблемный — «доживающий». Многих бараков явно не хватает… пустые проплешины на месте где они, видимо, когда-то были. И само это СНТ, где я нахожусь, тянется на восток ещё довольно далеко вдоль всей опушки дальнего леса. По форме больше всего треугольник напоминает. Тут вот у железки до леса километра полтора, а туда дальше к востоку лес постепенно подходит до самой трассы. И людей, опять же, не видно… Только собака где-то в глубине СНТ надрывно воет. Надо бы все-таки сходить, посмотреть чего она воет-то… Хотя, скорее всего, я и так догадываюсь. Смерть хозяев оплакивает.

Ну и что мне делать с этой информацией? Людей-то нету! Куда мне идти? Нет, смутно-то понятно, что за полной информацией идти нужно и придется именно в город. Там-то всё, так или иначе, разрешится. Но, во-первых, далековато, а, во-вторых, мне срочно нужно просушиться и по новой согреться. Иначе воспаления легких не избежать. Был у меня подобный горький опыт в жизни. Так что разворачиваемся и идем обратно. В баню! Кто куда, а — в баню… К мертвой матери этого несчастного Альберта.

Дошел. Заново протопил печь и, полностью раздевшись, насухо вытерся нашедшимся полотенцем. В спортивной сумке стоявшей в предбаннике нашлась сухая и чистая одежда. Теперь моя… Переодевшись я задумался. Хотелось есть, но еда, хранившаяся в пакете, оказалась вся несъедобной. Нет, не так… Её невозможно было приготовить. Да я даже чайник не мог вскипятить. Печь в бане для этого совершенно не предназначена. И что толку, что в пакете были крупы и чай, сахар и соль… Но там не было ни хлеба, ни колбасы, ни сала…. Ничего такого что можно было бы жевать всухомятку. Нет, возможно раньше там что-то и было (пакет явно был набит более полно), но, видимо, Альберт со своей мамой подъели такие продукты ранее.