Читаем Одержимость Желтого Тигра полностью

Стивен достал одну, закурил, а затем молча вернулся к своему месту возле стены. Мое чутье подсказывало, что грядет буря. И потребовалась лишь пара затяжек, прежде чем плотину окончательно прорвало. Продолжая держать сигарету одной рукой, вторую Стив сжал в кулак и со всей дури впечатал его в стену. Затем еще раз. И еще… После пятого удара я понял, что пора вмешаться.

– Займись вопросом охраны палаты, – сказал я напоследок явно потрясенному Адаму и похлопал его по плечу. – Стив, – позвал, подходя ближе.

Ответом мне послужил очередной удар, оставивший на кладке кровавый след.

– Стивен!

Еще один удар. След стал отчетливее.

– Мать твою, Стивен! – заорал я, не решаясь прикасаться к нему в таком состоянии.

Будто резко обессилев, он опустил кулак и разжал его. Костяшки покрывала кровь. Опершись второй рукой, продолжавшей сжимать сигарету, на стену, Стивен уткнулся лбом в предплечье и выдохнул.

– Стало легче? – спросил я, прислонившись к стене рядом с ним.

Он помотал головой.

– Ненавижу, – процедил друг сквозь зубы. – В такие моменты я начинаю понимать тебя. Твое вечное желание отомстить. Выжечь само существование врага. Но это чувство… Оно душит. Как ты еще способен дышать, Марк?

Его вопрос разбился о стену молчания. Я не мог найти подходящих слов, поскольку сам не знал ответа. Вся моя жизнь с самого детства выстраивалась вокруг мнимого «предназначения». Быть может, выживи тогда мои родители, все могло бы сложиться иначе. Но в текущей реальности кислорода никогда не хватало. Легче дышать становилось только в присутствии Николетты. Одна из причин, почему я так тянулся к ней. Но всякий раз, как получал лишний глоток, меня пронзал страх, что легкие привыкнут. А потом, когда лишатся столь желанного кислорода, уже не смогут вернуться к прежнему существованию без него.

– Я привык. – Вот и весь мой ответ.

От меня не укрылась боль Стивена. Я видел ее. Понимал. Агонию, отравляющую кровь. В прошлом его любимая девушка пострадала из-за Драконов. В его реальности сбылся мой худший ночной кошмар. А я никак не смог помочь.

– Тебе известно что-нибудь о ней? – ступил я на опасную почву, прекрасно зная, что Стивен понял, о ком я.

– Нет. – Он затянулся и ответил не сразу. – Я исчез из жизни Джорджии. Как она и просила. Сделал шаг. Отступил.

Рядом со Стивом и Дэниелом мне всегда казалось, что я недостаточно зрелый, хоть и старше их. Каким образом Томас вообще решился доверить мне компанию и Драконов – оставалось огромной загадкой.

– Ты сделал то, на что мне так и не хватило смелости, – тихо произнес я, признавая собственную трусость.

Стивен засмеялся. Жаль, смех полнился отнюдь не весельем.

– Не сравнивай нас, Марк, – решительно заявил он. – Николетта никогда не просила тебя исчезнуть. Напротив. Она ждала от тебя встречного шага.

Мне вспомнилось письмо Томаса. Его условие. С тех пор, как прочитал прощальные строчки мужчины, во всех смыслах заменившего мне отца, мои мысли постоянно кружили возле двух слов: «Сделай выбор». Жажда уничтожить тех, кто причинил мне больше всего зла, или же Николетта… Сколько бы разум ни сопротивлялся, сердце знало, что выбор сделан. Сделан давным-давно, однако похоронен под нескончаемым грузом ответственности, вины и всеобъемлющего страха. Пусть так… Пусть я признаю решение сердца, но как заставить себя сделать хоть что-нибудь, чтобы следовать ему?

– Господи, Марк, просто уже сделай этот гребаный шаг ей навстречу, – неожиданно выпалил Стивен, обратив взгляд на меня. Его черты исказила мука. – Пока не стало поздно. Ты и так уже упустил слишком много. Мне противно видеть, как ты продолжаешь спускать в канализацию все шансы. Потому что… – Он сглотнул, наблюдая, как тлеет зажатая меж пальцев сигарета. – Будь у меня хоть один из них, появись у меня хоть малейшая возможность, я бы вцепился в нее мертвой хваткой. Если бы Джорджия просто вернулась в мою жизнь, я бы, черт возьми, на коленях прополз по битому стеклу. И преподнес бы ей свое гребаное кровоточащее сердце, даже если бы она его впоследствии швырнула на землю и растоптала. Потому что настоящая любовь, – он яростно хлопнул себя по груди, – та, что отравляет вены, и никакой антидот не сможет обратить этот процесс и выжечь ее, она стоит риска. Если ты не согласен, то либо ты чертов идиот, либо обманывал себя все эти годы и никогда не любил. – Стив сделал последнюю затяжку, прежде чем затушить окурок и произнести, выпуская остатки дыма: – Тебе просто нужно сделать один шаг, Марк. Один шаг ей навстречу.

Стивен прав. Но именно первый шаг делать страшнее всего. После долгих лет бега в обратном направлении невозможно просто развернуться на сто восемьдесят градусов за считаные секунды, сделав вид, что ничего не происходило, и пойти навстречу. Мне следовало подготовить почву. И извинения… Что станет самым сложным.

В тишине – каждый в своих мыслях – мы со Стивеном дождались возвращения Адама. Стив вызвался присоединиться к нему в обыске квартиры Фермина, а я решил отправиться к себе.