Читаем Одержимость Желтого Тигра полностью

От приоткрытого окна донесся прохладный вечерний воздух, слегка растрепав пряди. Одна прилипла к покрытой холодной испариной коже щеки. Но я не обращала внимания. Все ждала, когда Марк заговорит о медицинской выписке.

Только он молчал. Уставившись себе на руки, вернул на лицо серьезное выражение.

– А как же другая новость? – решилась я нарушить тишину. – Марк, у тебя есть брат.

Поднявшись, он подошел к комоду. На миг его взгляд скользнул по разбросанным на полу предметам. Подняв один только пистолет, он заткнул его за пояс и прислонился к краю. Прямо напротив меня. Сложил руки на груди и произнес:

– Я не представляю, что делать с этой информацией, – честно признался он. – То есть… Черт, – Марк взъерошил волосы нервным, не свойственным ему движением и повторил за мной: – У меня есть брат… Но жив ли он? Если да, он может оказаться в любой части света. На любом континенте. Какой реакции ты ждешь от меня, Ники?

– Мы могли бы попытаться его найти, – предложила я, уже не единожды обращаясь к подобным мыслям. – Должны были сохраниться какие-то записи. И как так вышло, что ни отец, ни ты не были в курсе?

– Родители уехали тогда в Европу, чтобы помочь моей бабушке по материнской линии. Ей требовался уход в период восстановления после операции. Предполагалось, что они пробудут там два месяца. Но ситуация осложнилась. Им пришлось остаться на полгода. Очевидно, мама уже была беременна, когда они уезжали. Почему не сказали? – Марк усмехнулся. – Моя мать обожала сюрпризы. Вероятно, думала удивить всех по возвращении.

Я ощущала в его словах тепло. Когда Марк говорил о родителях, даже сам голос становился мелодичнее.

– Ты должен связаться с Антонио, – поспешно выпалила я, боясь спасовать перед его непреклонным взглядом.

– То, что Тигры не ответственны за смерть моих родных, не отменяет того, что они могут быть замешаны в остальном.

Чувствуя, как во мне начинает закипать раздражение, я встала и подошла ближе. Запрокинув голову, смело встретила искрящиеся в его радужках молнии. Пусть ударит током, но, быть может, я сумею преодолеть эту излишнюю броню.

– Перестань. Хватит ненавидеть их за какие-то мнимые грехи. Уверена, вам под силу прервать эту цепочку озлобленности. К тому же Антонио мог бы оказать содействие в поисках.

– Я не собираюсь раскрывать перед ним слабое место.

Слабое место. Мимолетный всплеск ликования опалил нутро. Марку не все равно. Прежде он всегда трепетно относился к теме семьи. Кровное родство для него не пустой звук, хотя для большинства людей оно может ни черта не значить.

– Никто не просит говорить ему всю правду.

– Почему ты настаиваешь на поиске неизвестного парня?

– Потому что тебе это важно. Можешь сколь угодно держать свою маску, но я знаю, что все это притворство. Где бы ни был, он частичка твоей семьи. Частичка Ричарда и Изабель. – Горькая улыбка тронула уголки губ. Когда Марк ничего не ответил, я озвучила крутившиеся на языке мысли: – Знаешь, я ведь раньше часто листала твои альбомы, но сейчас осознаю, что совсем не помню твоих родителей. – Не считая снимков с места преступления, но они ужасали, в то время как в памяти хотелось хранить более приятные образы.

Марк молча направился в другой конец комнаты, к высокому стеллажу. В то время как я отступила и опустилась обратно на кровать, рассеянным жестом проведя по гладкому черному покрывалу.

Спустя пару мгновений Марк вернулся с альбомом. Сел рядом и положил его мне на колени.

Серая тканевая обложка без узоров и надписей не давала ни малейшего намека на содержимое. Промелькнула секундная мысль, что подобное оформление очень в духе самого Марка. Оно буквально отражает всю его жизнь: холодная маска снаружи, а внутри… никто не знает, какие страсти под ней бушуют.

Я бережно открыла альбом. Перед глазами замелькали старые фотографии. Ричард и Изабель Уоллс. Молодые. Счастливые. Марк явно пошел в отца: та же форма лица, те же темные глаза, густые волосы, серьезный взгляд на одиночных фото, но искрящийся и счастливый на совместных. Изабель – изящная, четко выраженные скулы, серо-голубые глаза, на миг показавшиеся знакомыми. На каждом парном фото гармония, любовь, искренность.

– Они такие счастливые, – провела по их улыбкам.

– Да. Пусть я был мал, но помню их связь. Они жили друг другом. Дышали своей любовью. Может, я сейчас скажу ужасные слова, но в каком-то смысле я даже рад, что они покинули этот мир вместе. Не представляю, как бы один из них смог продолжить существовать без другого. Мне кажется, его жизнь тогда лишилась бы смысла.

Я медленно приподняла голову, будто кто-то потянул за невидимые ниточки, вшитые в кожу. На миг мы с Марком встретились взглядами. В его глазах читалась неприкрытая тоска. И я знала, что она отражает мою собственную. Вот бы кто-нибудь подсказал, как ее унять…

Сглотнув, все же вернула внимание к альбому. Перелистнула еще несколько страниц. На одной из последних обнаружила фото Изабель в бордовом вечернем платье. На ее шее висел кулон. Он и привлек мое внимание.

Я присмотрелась, слегка сузив глаза.