Читаем Очень личная книга полностью

Я нашел в его бумагах дневник, который он начал вести 15 января 1928 г. и в который продолжал записывать свои переживания до начала 1930 г. В записи 26 августа 1928 г. он впервые поведал, что встретил свою будущую жену.

Отошла в область преданий моя скучная и одинокая жизнь… /обстоятельства/ помогли встретить и приблизить человека, которого я жажду любить. Проведенное время обеспечивает мне эту возможность: любовь и ласку. Хочется верить, что моей заветной мечте удастся осуществиться. Но так долго еще кажется время, пока проблески жизни превратятся в действительность.

На другой день его возлюбленная уезжала к себе домой в Юрьевец, и в дневнике появилась почти паническая запись:

Вчера проводы любимого человека прошли ужасно тяжело. Заботы сделать прощание приятным подношением букета цветов закончились тем, что я опоздал к поезду и к проводам дорогого для меня человека. И вместе с тем чувствую, что удаляется моя радость будущего. А как хочется жить еще и душевно. Ведь личная жизнь еще не наступала. Прошли лишь годы детства в горестях, заботах о других. Своя жизнь как-то не складывалась.

За последующие тридцать девять дней записей в дневнике нет. Но им обоим жизнь друг без друга уже возможной не представлялась. Расстояние не развело их. Следующая запись датирована 5 октября 1928 г. и состоит из четырех слов:

Женитьба в Юрьевце. Приезд в Севастополь.

Женитьба родителей и первые годы их совместной жизни

Папа с мамой поженились 6 октября 1928 г. в Юрьевце, куда папа приехал из Крыма, чтобы оформить брак с мамой в Юрьевецком ЗАГСе. В свидетельстве о браке было отмечено, что оба супруга сохранили свои фамилии Сойфер и Кузнецова. После заключения брака они поселились в Севастополе, где папа проработал до сентября 1929 г. В его бумагах я нашел справки о том, что в те два года, пока он был сотрудником «Комиссии по улучшению жизни детей при Севастопольском райисполкоме», он действительно занимался борьбой с беспризорностью, а не выискиванием «врагов среди несовершеннолетних» по линии ЧК. Так, он организовал первую в стране государственную фабрику по изготовлению детских игрушек и стал ею заведовать. Он верил в силу печатного слова и, стараясь улучшить снабжение фабрики оборудованием, машинами и материалами, даже опубликовал 1 февраля 1929 г. в севастопольской газете «Маяк Коммуны» (№ 24) заметку «Игрушками боремся с беспризорностью». Он писал:

10 месяцев существует фабрика игрушек «Деткомиссии»… На фабрике работает 100 ребят. Часть из них беспризорные, а большая часть сироты.

На фабрике вырабатывается до 100 различного сорта игрушек мягких, бумажно-мастичных, металлических и деревянных. Спрос на игрушки по всему СССР огромный, так как ни одной государственной игрушечной фабрики в СССР нет. Если есть снабжение игрушками, то только частно-кустарными производствами.

Родители жили в Севастополе, снимая квартиру, мама в это время забеременела и всеми силами стремилась перебраться на родную Волгу. Папа ходатайствовал о переводе в один из крупнейших городов страны – Нижний Новгород, который был всего в ста с небольшим километрах от Юрьевца. В нем было легче найти работу, чем в Юрьевце. В конце концов просьба о переезде туда была утверждена, и в сентябре 1929 г. они уехали из Крыма. В то время несколько областей центральной зоны европейской части СССР были объединены в одно административное образование – Нижегородский край. Тем самым Нижний Новгород, став столицей края, приобрел особое значение в стране. Папа был принят на работу членом-докладчиком Краевой судебной земельной комиссии. В январе 1930 г. в Нижнем Новгороде родился мой старший брат Володя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Вечный слушатель
Вечный слушатель

Евгений Витковский — выдающийся переводчик, писатель, поэт, литературовед. Ученик А. Штейнберга и С. Петрова, Витковский переводил на русский язык Смарта и Мильтона, Саути и Китса, Уайльда и Киплинга, Камоэнса и Пессоа, Рильке и Крамера, Вондела и Хёйгенса, Рембо и Валери, Маклина и Макинтайра. Им были подготовлены и изданы беспрецедентные антологии «Семь веков французской поэзии» и «Семь веков английской поэзии». Созданный Е. Витковский сайт «Век перевода» стал уникальной энциклопедией русского поэтического перевода и насчитывает уже более 1000 имен.Настоящее издание включает в себя основные переводы Е. Витковского более чем за 40 лет работы, и достаточно полно представляет его творческий спектр.

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Публицистика / Классическая поэзия / Документальное