Читаем Обработка полностью

Я отскочила подальше, прижимая к себе извивающееся тяжёленькое тельце - волчонок из Поузи получился крупный, со среднюю собаку, но это и не удивительно, учитывая размеры взрослых оборотней. Она продолжала рычать и тявкать на отца, ещё не до конца осознав, что впервые перекинулась.

- Она может как бабушка? - растерянно пробормотала Джуни, глядя на волчонка огромными глазами.

- Она тоже оборотень, - пояснил ей Кроф, приобнимая за плечо прижавшуюся к нему Суози. - Точнее - они все трое.

- Моя девочка! - в голосе оборотня, рассматривающего окровавленное запястье, прозвучала непонятная мне гордость. Он что, не рассердился? Она же ему руку прокусила, дралась, обзывалась. Хотя... наверное, на её месте я поступила бы так же, если бы меня попытался отобрать у бабушки какой-то чужак.

Поузи, наконец, осознала, что с ней что-то не так, прекратила вырываться и рычать, испуганно заскулила и обернулась, чтобы посмотреть на меня. Я присела, потому что, волчонком Поузи была ещё тяжелее, чем ребёнком, и поставила её на ноги.

- Всё хорошо, маленькая, всё хорошо, - я обнимала и гладила перепуганную сестрёнку. - Просто ты оборотень, как бабушка. И сейчас ты впервые обратилась. Это хорошо, это правильно.

- Я тоже в такую же собачку превращалась, - подёргав Крофа за штанину, доверительно сообщила ему Суози.

Поузи, которая под моими поглаживаниями постепенно успокаивалась, оглянулась на сестру, недовольно фыркнула, а потом снова подёрнулась дымкой, и теперь в моих объятиях вновь была маленькая девочка. В одной рубашке, разорванной у шеи.

- Как она быстро! - восхитилась Суози, а потом пожаловалась. - А я долго собачкой оставалась, до ночи почти.

- Если я как бабушка, - заявила мне Поузи, - то я тем более останусь. Буду сама лесного демона изображать, как она. И младенцев буду спасать. А ты вон её забирай, - обернулась она к отцу, тыча рукой в Суози, - и уходи! Я здесь нужна, а ты - нет!

Бабушку Поузи не помнила, но она выросла на наших о ней рассказах. И отлично знала, кому мы все обязаны жизнью и тем, что стали семьёй. Одни против всего мира в лице обитателей села, мы и правда были очень дружны - иначе было не выжить. И мы все, даже малышка Поузи, отлично понимали, от чего спаслись, и что нас могло ждать, узнай селяне, что жертвы лесному демону живы-здоровы. Могли ведь и завершить начатое - поймать и добить на том же алтаре.

- Тебе не придётся расставаться с сёстрами и братом, - сказал вдруг оборотень Поузи. - Обещаю.

Я аж задохнулась от такого его заявления. Мне казалось, что старик был решительно настроен забрать с собой найденных дочерей - бабушка рассказывала, что оборотни своим потомством очень дорожат. А он сказал, что оставит Поузи с нами. Неужели только потому, что она не захотела уезжать и чётко это ему продемонстрировала? Да нет, вряд ли. Тогда почему?

- Правда? - Поузи подозрительно прищурилась, глядя на отца, и переступила с ноги на ногу, а потом встала одной голой ступнёй на другую - ботиночки с её ног слетели вместе со штанами, а в конце сентября земля была уже далеко не такой тёплой, как летом.

Вздохнув, я подняла её на руки, а Джуни опасливо оглядываясь, подобралась к оборотню, подняла валяющиеся рядом с ним вещи Поузи, принесла их нам и натянула ботинки ей на ноги. С облегчением я поставила сестрёнку обратно на землю - сейчас я особенно чётко ощутила, насколько она тяжелее своей худенькой близняшки.

Всё это время, не обращая внимания на наши действия, отец и дочь пристально смотрели друг на друга.

- Правда, - ответил оборотень на вопрос малышки.

- Поклянись!

- Клянусь!

- Значит, я останусь здесь? - уточнила Поузи.

- Нет. Я заберу всех вас с собой.

- Хорошо, - кивнула Поузи, серьёзно глядя на отца.

- Мы не сможем уехать, - вздохнула я, понимая, что сейчас всё начнётся заново. - Мы должны спасать младенцев.

- Больше ни один младший близнец не будет принесён в жертву, это я вам обещаю, -твёрдо сказал старик, глядя на меня. Так твёрдо, что я почти поверила. Почти. - Поэтому вам больше не придётся оставаться здесь, в лесу, в одиночестве.

- Они всё равно будут убивать младенцев, - подал голос Кроф. - Это происходит столетиями, если не дольше, это невозможно изменить.

- Ты говорил, что властей здесь нет, - повернулся к нему Росс. - Это не так. Власти есть, просто ничего об этой ситуации не знают, потому и не вмешиваются. Уж не знаю, почему их не известила ваша бабушка, как я понял, она была здравомыслящей женщиной, не склонной к суеверию. Но я-то уж точно молчать не стану.

Мы с Крофом переглянулись. Нам отлично было известно, почему бабушка не пошла к властям. Она сама от тех властей скрывалась в самом дальнем, глухом и суеверном уголке королевства, куда власти не заглядывали десятилетиями - разве что сборщик налогов заезжал, да ему как-то не до исчезнувших младенцев было, мало ли детей умирает, а этих и не учитывал даже никто.