Читаем Обними (СИ) полностью

Боковое зрение уловило, как Рита сделала маленький глоток чая, забросила ногу на ногу и как бы машинально крутанула стопой. Пальцы в вязаных носках сильно поджались. Потом так же сильно прогнулись. Мгновение, два… Сейчас стопу должна свести судорога. Мэтт практически ощутил этот момент. И-и-и… она снова начала движение по кругу, но уже в другую сторону.

Он включил канал, на котором в этот момент остановился курсор (попал в сериал про детективов) и отбросил пульт назад в подушки. Развернулся к Рите вполоборота и вытянул руку ладонью вверх.

— Давай сюда ноги.

Стопа застыла, не доведя круг. Тёмные брови сошлись на переносице.

— Зачем? — Рита не донесла чашку к губам.

Она иногда бывает такая непонятливая!

— Я целых полдня не массировал ничьи ноги, — Мэтт поманил ладонью. — Давай свои.

По гостиной пронеслось саркастичное хмыканье.

— Да брось.

— Никогда не мечтала о красивом массажисте? — он деланно выгнул брови.

На лице Риты отразилось недоверие.

— Перестань! — отмахнулась она, всё-таки донесла чашку до губ и снова пригубила чай.

— Обещаю быть нежным.

— Верю, но нет, — в чашке спряталась мимолётная ухмылка.

Упрямая. Иногда она спорит по делу, но иногда для неё это только дело принципа.

— Давай ноги, — строго скомандовал Мэтт.

Она с преувеличенным вниманием уставилась в экран. Будто бы ей понятно, что там происходит, учитывая, что серия явно идет уже минут двадцать. Мэтт руку не опустил. Продолжил всматриваться в красивый профиль. Туфли и прогулка вещи малосовместимые. Одно дело путешествовать в них в такси, и другое — выстукивать по тротуару. Неужели проигнорирует? Но вот она метнула в его ладонь быстрый взгляд. Еще один. Чашка снова начала движение к губам…

— Ладно! — выпалила Рита.

Удерживая чашку на весу, она вдруг круто развернулась, забросила ноги на сиденье, расположившись вдоль него, и вытянула вперед. Стопы в носках уперлись Мэтту в бедро. Наконец-то, уговорил. Можно подумать ему больше всех надо…. Хотя ладно. Надо. Он взял одну вязаную пятку, поднял и уложил на себя. Обхватил стопу двумя ладонями, несильно надавил большими пальцами в центр.

— А, а, а, — отрывисто рассыпалось по гостиной. Пальцы Риты тут же поджались.

Первое ощущение после того, как мышцы долго живут без расслабления — боль. Но она быстро становится приятной. Мэтт отпустил нажатие, и снова повторил.

— Чёрт! — она съехала спиной по подлокотнику и уложила на него голову. — Мне нужно нанять тебя на постоянную работу.

— Рикардо будет в восторге.

Рита негромко рассмеялась.

— Сможет видеть тебя каждый день. Будет представлять, что вы женаты, просто у вас гостевой брак…

— Ну хватит.

Она резко распахнула глаза.

— Ты сдался! — они почти ошарашенно уставились на Мэтта. — Ты впервые сдался! — Рита издала победный смешок.

Наконец-то она смогла расслабиться. Неясно, надолго ли, но смогла.

— Я не сдался, — Мэтт начал ходить пальцами по стопе, надавливая на разные точки. — Просто не хочу, чтобы ты страдала и ревновала. Видеть меня рядом с кем-то другим для тебя будет слишком тяжело.

— Говори себе это почаще, — едко ухмыльнулась она, но тут же отбросила голову на подлокотник и зажмурилась. — М-м-м, — раздался глухой протяжный стон.

Чёрт!

Руки на секунду замерли, по шее пошло покалывание. О такой реакции он не подумал. Совсем. Этот голос на низких частотах способен обезвредить целую армию. Что говорить о бедном несчастном одиноком мужчине? Тем более если он уже слышал такое «м-м-м» при других обстоятельствах. Много-много раз… Мэтт сильно сжал челюсть и тяжело втянул воздух через нос. Выдохнул. Пальцы продолжили движение по стопе.

— Ты правда из-за работы научился «бить людей»?

Вопрос ворвался в мысли и снова пустил дрожь по телу. Но уже другого характера.

Как у неё это получается? Из огня в ледяную прорубь одним щелчком. Он оторвал внимательный взгляд от ноги и покосился на лицо Риты. Абсолютно расслабленное, с закрытыми глазами, чёрными длинными ресницами, лежащими на щеках. Можно ведь не отвечать. Но стоит ли?

— Никогда не знаешь наверняка, к кому едешь, — он опустил ногу на своё бедро и взялся за пятку второй ноги. Та легко поддалась, отрываясь от дивана. — Там может быть бабушка с инсультом, а может и банда нариков, которым нужен ящик с медикаментами.

Пальцы надавили в центр стопы. Брови Риты снова нахмурились, но глаза она не открыла.

— Не жалеешь об уходе?

— От нариков? — хмыкнул Мэтт.

Она промолчала. Хотя вопрос вроде бы безобидный. Как и многие до неё, ступила на тонкий лёд и, осознав это, быстро убрала ногу назад на берег. Умница. Или не умница? Мэтт поджал губы, начал прощупывать каждый палец в светлых вязаных носках. В конце концов, об этом нужно начинать говорить. Хоть с кем-то. И с кем, если не с ней?

Трёп телевизора кое-как сгладил выросшую внезапно паузу, но она всё равно ощутилась нервными окончаниями. Мэтт снова перевёл взгляд на лицо Риты: она уже успела открыть глаза и теперь хмуро смотрела в потолок. Как мало надо чтобы разрушить идиллию…

— Я не бесчувственная тварь, — выронила она.

Внезапно.

Брови Мэтта выгнулись сами собой. Что за идиотские выводы?