Читаем Обними (СИ) полностью

Будто они не виделись часа полтора назад, а до того утром, когда Мэтт шёл на работу.

— Ходили за покупками? — продолжил парень. — А где прекрасные мама и папа?

Рита отправила ему короткую улыбку.

— Они решили пройтись.

— Правильно, правильно, — Рикардо усердно закивал. — Погода сегодня лучше, чем обычно.

— Точно.

Мэтт быстро прошел к лифтам и нажал на кнопку: лишь бы успеть до того, как внимание переключится на него. Двери послушно поехали в стороны, он поспешно шагнул в кабину и скрылся из виду чёрных глазок. Рита не заставила себя долго ждать. Створки закрылись.

— Ты не сможешь прятаться вечно, — проговорила она, подняв взгляд на табло. — Однажды он тебя поймает.

Язва. Лифт тронулся, Мэтт тоже начал следить за сменой этажей.

— Мне приходилось ездить на вызовы в такие места, что я научился бить людей. Не переживай за меня.

— А я и не переживаю.

«Дзынь». Двери открылись, Рита заранее достала ключ и бросилась к квартире.


* * *

Мэтт сорвал закипевший чайник с платформы, разлил кипяток по чашкам и отставил в сторону. Взял со столешницы пакет с неизвестным печеньем, сунул себе в зубы, освободившимися руками подхватил чашки и двинулся из кухни. Минутой ранее он слышал, как Рита вышла из своей временной спальни, как из гостиной стали раздаваться звуки какой-то возни. Он направился на звуки. Интересно, как долго чета Шетти собирается мёрзнуть в английском ноябре и на что рассчитывает прелестная Дивья, оставляя дочь наедине с парнем? Очевидно же, что на что-то рассчитывает. Вряд ли на что-то такое, чем дочь и этот самый парень занимались три недели назад на той самой кровати, где самой Дивье сейчас приходится спать, однако… однако…

Мэтт быстро преодолел расстояние, вошел в гостиную и остановился на полушаге.

Почти дежавю.

Рита, как вчера её мать, ползала на коленях вокруг геометрического цветка на полу и абсолютно не обращала внимания ни на что вокруг. Правда одетая не в традиционный индийский костюм, а в свой вязаный. Да и волосы вместо косы свободными блестящими волнами завесили лицо, но… что она делает? Мэтт приблизился к дивану, разжал зубы и пакет с печеньем упал на сиденье. Тишину нарушил глухой удар. Рита вскинула голову, в её руках обнаружилась зажигалка.

Мэтт вытянул губы, приготовившись спросить: «Что ты делаешь?». Не успел.

— Она не любит, когда их тушат, — протараторила Рита и щелкнула зажигалкой.

Рука с тонким запястьем протянулась к одной из пяти лампадок, стоящих в углах цветка. Огонёк лизнул фитиль свечи и остался на нём. Мэтт осторожно сел на диван, чай в чашках пошёл волной.

— Не любит соблюдать технику безопасности? — он склонился, оставил одну чашку на полу, а вторую обнял двумя ладонями. — Когда уходишь из дома, огонь нужно тушить.

Вторая свеча из пяти тоже вспыхнула.

— Неважно, — бросила Рита. — Она вообще собиралась рисовать прямо на этаже, перед дверью. Ранголи обычно рисуют на земле или плитке у входа в дом… — она запнулась. Не глядя на Мэтта, снова щёлкнула зажигалкой, озаряя третью лампадку. — Чудом её отговорила, не действовало даже возможное недовольство соседей.

Мэтт приподнял уголок губ в улыбке. Это вполне в стиле миссис Шетти.

— А что подействовало?

Рита закончила с пятой свечой, оперлась ладонью о колено и поднялась.

— Кресло! — шелковые волосы завесили один глаз, и она нетерпеливо смахнула их тыльной стороной ладони. — Я сказала, что кресло не сможет объезжать рисунок, и это сработало. Слава Лакшми! — она воздела взгляд к потолку. — Не представляю, как объяснялась бы с соседями.

Мэтт хохотнул и вытянул руку с чашкой.

— Держи, это твой.

Рита сделала шаг к дивану, но вдруг остановилась и перевела взгляд на тёмную воду. Дальше не двинулась. Дикарка.

— Что? — Мэтт вскинул брови. — Я могу уйти.

Тёмные ресницы взметнулись.

— Нет, что ты! — она неуверенно улыбнулась, но тут же снова сделалась серьезной. — Ты просто всегда делаешь это так… Не знаю, — она снова шагнула вперед, осторожно села на противоположный край дивана.

— Делаю что?

Рука в светлой вязке протянулась, пальцы обхватили чашку, столкнулись с пальцами Мэтта. По ним не замедлила пройти тонкая, почти незаметная дрожь.

— Чай, — Рита быстро отобрала чашку и пристроила на коленях. — И вообще всё. Будто это так обыденно.

Из чая, конечно, нужно сделать целое событие. Хотя для неё это и есть событие. Мэтт нашел в подушках пульт и включил телевизор.

— Если тебя не устраивает, что я шарю по шкафам, я могу перестать.

— Не нужно, — она резко повернулась. — Можешь шарить сколько хочешь. Просто я не жду, что ты будешь делать что-то и для меня.

Тёмный экран засветился заставкой. Мэтт открыл меню каналов и начал бездумно листать вниз. Вряд ли они успеют что-то посмотреть от начала и до конца, но не сидеть же в тишине до самого прихода мистера и миссис Шетти. Нужен фон. Он разряжает воздух вокруг.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чудо в аббатстве
Чудо в аббатстве

Уникальная серия романов «Дочери Альбиона», описывающая историю знатной английской семьи со времен короля Генриха VIII (середина XVI века) до 1980 года (XX век, приход к власти Маргарет, Тетчер), сразу стала международным бестселлером.На английском троне Генрих VIII (1520–1550 гг.), сластолюбивый король-деспот, казнивший одну за другой своих жен и преследующий католиков в Англии.В рождественскую ночь в аббатстве Святого Бруно монахи находят младенца и объявляют это чудом. Они дают младенцу имя Бруно и воспитывают его в монастыре. Прошло 20 лет… Юноша одержимо хочет узнать тайну своего рождения, приходит первая любовь. Две красавицы-сестры борются за право обладать его сердцем, но он предпочитает старшую — главную героиню романа Дамаск Фарланд. Сыграна свадьба, и у них рождается дочь Кэтрин. У младшей сестры появляется таинственный поклонник, от которого у нее рождается сын Кэри вне брака. Кэтрин и Кэри, растущие вместе, полюбили друг друга. Но счастью влюбленных не суждено сбыться, так как выясняется, что они родные брат и сестра…

Виктория Холт , Филиппа Карр

Исторические любовные романы / Прочие любовные романы / Романы
Успех
Успех

Возможно ли, что земляне — единственная разумная раса Галактики, которая ценит власть выше жизни? Какой могла бы стать альтернативная «новейшая история» России, Украины и Белоруссии — в разных вариантах? Как выглядела бы коллективизация тридцатых — не в коммунистическом, а в православном варианте?Сергей Лукьяненко писал о повестях и рассказах Михаила Харитонова: «Это жесткая, временами жестокая, но неотрывно интересная проза».Начав читать рассказ, уже невозможно оторваться до самой развязки — а развязок этих будет несколько. Автор владеет уникальным умением выстраивать миры и ситуации, в которые веришь… чтобы на последних страницах опровергнуть созданное, убедить в совершенно другой трактовке событий — и снова опровергнуть самого себя.Читайте новый сборник Михаила Харитонова!

Игорь Фомин , Михаил Юрьевич Харитонов , Людмила Григорьевна Бояджиева , Владимир Николаевич Войнович , Мила Бояджиева

Драматургия / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Современная проза / Прочие любовные романы