Читаем Облачные дороги полностью

Нефрита от облегчения на миг прикрыла глаза, а затем спросила Селис:

– Что ты хочешь взамен? – Она повернулась и сунула руку в свой мешок. – У нас есть драгоценные камни и металлы.

Селис нетерпеливо помотала головой:

– Мне они ни к чему. Здесь не с кем торговать. А что еще я буду с ними делать? Носить, что ли? – Она горько хохотнула. – Я делаю это для себя, назло Илейн и старейшинам.

Лун снова принял земной облик – так ему было проще с ней спорить.

– Тогда давай мы отведем тебя в другое место, в другое поселение. По пути обратно мы пролетим над торговым городом в горах. Через него проходит множество путешественников. Сможешь отправиться оттуда в Киш.

Селис посмотрела на него так, словно она никогда в жизни не слышала идеи хуже – но для нее такое выражение лица было обычным.

– Я не могу оставить лагерь.

Лун раздраженно спросил:

– Почему нет? Ты здесь всех ненавидишь.

Селис упрямо сложила руки на груди:

– Я привыкла к такой жизни.

Это Лун хорошо понимал. Он сказал:

– Сможешь привыкнуть к какой-нибудь другой.

Селис, похоже, собиралась заупрямиться еще сильнее, и Нефрита быстро вставила:

– Тебе не нужно решать прямо сейчас. Подумай об этом и, когда принесешь нам яд, скажешь, чего ты хочешь.

Селис пожала плечами. Она наклонилась, чтобы забрать корзину, но Лун уже поднял ее и протянул Селис. Она выхватила ее, бросила на него сердитый взгляд и затопала прочь.

Нефрита закинула свой мешок за спину и, уходя вслед за Селис, сказала:

– Я встречусь с тобой после наступления темноты у реки.

Лун смотрел им вслед. Должно сработать. Если, конечно, корданцы и правда поверили в рассказанную Нефритой историю и если Селис не поймают, когда она будет искать яд. Что-то многовато «если». А еще ему предстоял очередной долгий, полный ожидания день.

На закате Лун снова скользнул в реку и позволил ей отнести себя вниз по течению. Он прибыл на место слишком рано, и хотя тьма уже сгущалась, несколько женщин все еще мыли большие глиняные сосуды, в которых хранили муку, а их дети плескались на мелководье. Лун остановился подальше, вцепившись когтями в камень и высунув лицо из воды ровно настолько, чтобы он мог дышать. Течение колыхало его шипы и гребни, словно он был водорослью.

Наконец женщины с сосудами ушли, и дети неохотно побрели за ними. Лун отпустил камень и подплыл ближе, остановившись в тростниках, где он ждал Нефриту прошлой ночью.

Стемнело, и до него донеслись едва слышимые голоса из лагеря, хотя разобрать слова он не смог. Время шло, и Лун начал нервничать и рассеянно выдергивать водоросли из песчаного дна.

«Ну где же они?»

Затем он услышал топот ног по твердой земле, и через мгновение на берег выбежала Селис. Она добралась до мелководья и поспешно вошла в воду, оказавшись в ней по колено.

– Лун! – резко прошептала она. – Ты вообще здесь?.. Ай!

Селис, ругаясь, отпрыгнула в сторону, когда Лун поднялся из воды. Он принял земной облик и с нажимом спросил:

– Что случилось?

– Они, должно быть, с самого начала что-то заподозрили, а потом увидели, как она разговаривает со мной, – быстро стала объяснять Селис. От досады она всплеснула руками. – Они никогда меня не слушают. И с чего бы им начинать сейчас?

Лун почувствовал, как его сердце замерло.

– Они ее поймали? – Он направился к берегу. – Они видели, как она меняется?

– Нет. Думаю, виновата Илейн. – Селис, поднимая брызги, двинулась за ним. – Фианис сказала, что Илейн увидела Нефриту, и она показалась ей чем-то похожей на тебя. Фианис говорит, что Илейн сказала об этом старейшинам и те что-то заподозрили.

Лун побежал вверх по берегу и пересек грядки зеленоплода. Селис спешила за ним. Между шатрами впереди лежали тени, но место для собраний освещалось кострами и факелами. И Лун слышал, как впереди кто-то спорил на повышенных тонах. Нефрита в бессильном раздражении говорила:

– Зачем он, по-вашему, мне нужен? Я хочу убить Сквернов! Этот яд ни на что больше не годится, верно?

Скользнув мимо первых рядов с шатрами, Лун увидел, что Нефрита стоит посреди лагеря, а вокруг нее собирается толпа корданцев. Большинство было скорее сбито с толку, а не разгневано. Нефрита стояла перед старейшинами Дарганом и Такрасом, и ее окружали Ильдрас, Кават и еще несколько охотников. Илейн стояла позади Ильдраса, обеспокоенно глядя на происходящее. А еще она была единственной женщиной в первых рядах толпы. Остальные отошли, чтобы не вмешиваться в конфликт.

«Все-таки за этим стоит Илейн, – подумал Лун, разрываясь между гневом и раздражением. – Ну конечно». Селис и Фианис оказались правы – Илейн увидела в Нефрите что-то знакомое. Что-то, что напомнило ей о Луне.

С мрачной решимостью Дарган сказал Нефрите:

– Мы знаем, что ты лжешь нам! Рядом нет никаких поселений или мест, откуда ты могла бы прийти пешком, да еще так быстро, как ты говоришь.

Лун остановился на краю места собраний и схватил Селис за руку. Шатер старейшин представлял собой большое коническое сооружение и находился на противоположной стороне открытой площадки. Полог был откинут, и внутри горели лампы. У шатра сидели несколько корданцев, наблюдавших за происходящим. Лун сказал Селис: