— Ты заставил его встать на нашу сторону? — Ее голос опустился до шепота.

По-другому было невозможно, — хотел сказать он, но понимал, что вряд ли этот аргумент покажется ей достойным. Больше всего на свете хотелось солгать, но он ненавидел лгать Аэлин. Только не ей.

— Мне меньше всего этого хотелось, — устало ответил Мальстен. — Я ненавижу неволить людей и делаю это только в случае крайней необходимости.

— И сейчас была крайняя необходимость? — Как ни странно, голос Аэлин не звучал осуждающе. Мальстен повернул голову в сторону, но она осторожно прикоснулась к его щеке и нашла его взгляд. — Я лишь хочу понять: неужели другого выхода действительно не было? Мне бы не удалось убедить его… без тебя?

Мальстен прерывисто вздохнул. Расплата начала чуть отступать.

— Ты уверена, что хочешь знать ответ?

— Иначе бы я не спрашивала.

— Нет, — качнул головой Мальстен. — Нет, тебе бы не удалось. Прости.

Аэлин помрачнела и тяжело вздохнула.

— Когда-нибудь ты возненавидишь меня за нити, — невесело усмехнулся Мальстен.

Аэлин передернула плечами.

— В этот раз — вряд ли, — криво ухмыльнулась она. — Я с каждым разом только больше понимаю, насколько ужасающей силой ты наделен. И, пожалуй, стоит благодарить богов за то, что ты не используешь ее при каждом удобном случае.

— Прости меня, — снова опустил голову Мальстен. — Клянусь, если бы был иной выход, я не стал бы этого делать. Я… не хотел, чтобы ты знала. Но я терпеть не могу тебе врать.

Аэлин нервно усмехнулась.

— В этом мне, пожалуй, повезло.

Мальстен все еще не решался на нее посмотреть, и она приблизилась к нему.

— Тебе… уже лучше? — спросила она. — Если я обниму, тебе не будет слишком больно?

В ответ он лишь обнял ее сам, возблагодарив богов за то, что наделили ее таким великодушием.

Бухта пустыни Альбьир, Малагория

Тридцатый день Зоммеля, год 1489 с.д.п.

Шесть сотен воинов Совета Восемнадцати смотрели вслед уходящим кораблям, недавно высадившим их в бухте, за которой начиналась жестокая и опасная пустыня Альбьир. Место, из которого мало кто выбирался живым. Им предстояла одна из самых трудных задач малагорской операции — миновать Край Миражей живыми и подойти к Грату со стороны, с которой Бэстифар шим Мала никак не мог ожидать нападения. Путь до столицы Обители Солнца должен был отнять около восьми дней, и трудно было представить, каково будет провести столько времени под палящим солнцем Альбьир, заставляющим напрочь забыть о холодной промозглой зиме материка.

И все же воины были полны решимости тронуться в путь под руководством великого палача Арреды и его верной устрашающей команды.

В последний день 1489 года, на пороге нового десятилетия малагорская операция вступила в свою активную фазу.

Глава 5.

Край миражей

Сельбрун, Крон

Тридцатый день Зоммеля, год 1489 с.д.п.

Услышав имя того, кто просит об аудиенции, старший жрец Красного Культа Карл Бриггер пришел в искреннее изумление. Этого человека он никак не ожидал увидеть в головном отделении в разгар малагорской операции.

Дверь отворилась, и на пороге появился Киллиан Харт. С момента последней встречи он показался Бриггеру внешне крепче, чему, наверняка, способствовало время, проведенное в компании Бенедикта Колера. Когда молодой жрец приблизился, Бриггер невольно прищурился, рассматривая его глаза — необычайно желтые. Прежде старик ни у кого не видел такого цвета глаз и был уверен, что при первой встрече эта деталь бы от него не укрылась.

— Харт, — кивнул он, всем своим видом показывая, что ждет объяснений.

— Приветствую, жрец Бриггер, — холодно поздоровался Киллиан. Взгляд его желтых глаз прожигал старика насквозь, его так и тянуло спросить, что случилось.

— Признаться, не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал, наконец, Бриггер. — Я думал, ты с Бенедиктом, Ренардом и Иммаром.

Киллиан кивнул.

— Я тоже полагал, что буду с ними. Но, видите ли, случилось множество непредвиденных обстоятельств, в свете которых жрец Колер решил, что я не готов к малагорской операции. Он решил оставить меня на материке.

Бриггер приподнял бровь.

— И ты послушался его? Я удивлен: слышал, ты по его наставлению даже тренировку пропустить отказался. С трудом верится, что ты мог так запросто согласиться пропустить малагорскую операцию.

Киллиан понимающе кивнул.

— И я сделал все, чтобы участвовать, жрец Бриггер, — сказал он. — Но Бенедикту удалось меня перехитрить и все равно оставить на материке.

— Как же?

— Уже на трапе корабля он ударил меня по затылку рукоятью меча. Я потерял сознание, а очнулся, когда угнаться за ними не было уже никакой возможности. — Киллиан отчеканил эти слова так, будто заучивал их с момента отплытия кораблей Бенедикта. В какой-то степени так и было: всю дорогу до Крона он продумывал, что скажет жрецу Бриггеру при встрече.

Старик недовольно цокнул языком и покачал головой.