Читаем О власти полностью

Все, что сильнейшим и плодотворнейшим натурам дозволено для осуществления их экзистенции, – праздность, авантюры, безверие, даже распутство, – все это, будь оно дозволено натурам заурядным, с неизбежностью погубило бы их – и действительно губит. Здесь как раз уместны трудолюбие, правило, умеренность, твердые «убеждения» – короче, стадные добродетели: с ними этот заурядный род человеков обретает совершенство.

902. К типам господства. «Пастырь» в противоположность «господину» (первый есть средство для сохранения стада, второй – цель, ради которой стадо существует.)

903. (Периодический перевес социальных ценностных эмоций понятен и полезен: здесь перед нами сооружение подосновы, на которой наконец-то сможет осуществиться более сильный род.) Масштаб силы: уметь жить при обратных ценностях и вечно желать их возвращения. Государство и общество как базис: всемирно-экономическая точка зрения, воспитание как взращивание.

904. Познание, которого «свободным умам» недостает: та самая дисциплина, которая сильные натуры только укрепляет и окрыляет на великие начинания, натуры посредственные же ломает и гнет: сомнение, – la larguer de coer[227], – эксперимент, – независимость.

905. Кузница. Какими должны быть люди, которые способны все оценивать иначе? – Люди, обладающие всеми свойствами современной души, но достаточно сильные, чтобы в полном здравии их преобразовать. Их средство для этой задачи.

906. Сильный человек, владеющий собой в своих инстинктах сильного здоровья, переваривает свои дела точно так же, как он переваривает свои трапезы; даже с тяжелой пищей он управится сам – но в главном его ведет непогрешимый и строгий инстинкт, который не позволит ему сделать что-то, что ему претит, равно как и не даст съесть что-то невкусное.

907. Если бы нам дано было предусмотреть условия, благоприятные для возникновения существ высочайшей пробы! Это неимоверно, тысячекратно сложно, и вероятность ошибки очень велика: вот почему подобное стремление нисколько не вдохновляет. – Скепсис. – Против него мы можем: усугубить мужество, проницательность, суровость, независимость, чувство безответственности, повысить точность весов и надеяться, что счастливые случайности придут нам на помощь.

908. Прежде чем думать о действовании, надо проделать бесконечную работу. В главной задаче, однако, нашей лучшей и наиболее предпочтительной деятельностью будет, очевидно, толковое, с умом, использование сложившегося положения. Ибо реальное создание таких условий, какие прежде создавал только случай, предполагает поистине железных людей, какие еще не жили на свете. Значит, сперва утвердить и осуществить личный идеал!

Кто познал человеческую природу, возникновение высших проявлений ее, тот содрогнется перед человеком и будет бежать всякого действования: результат унаследованной системы ценностей!!

Природа человека зла – в этом мое утешение, ибо оно есть порука силы.

909. Типичные самопроявления. Или: восемь основных вопросов

1. Хочет ли человек быть многообразней или проще.

2. Хочет ли человек быть счастливым – или быть равнодушным к счастью и несчастью.

3. Хочет ли человек быть довольным собой – или требовательнее к себе и беспощаднее.

4. Хочет ли человек быть мягче, уступчивей, человечнее – или «бесчеловечнее».

5. Хочет ли он быть умнее – или безогляднее.

6. Хочет ли он достигнуть цели – или от всяких целей уклониться (как это делает, к примеру, философ, чующий во всякой цели предел, угол, тюрьму, глупость…).

7. Хочет ли, чтобы его уважали – или боялись? Или презирали!

8. Хочет ли быть тираном – или соблазнителем – или пастырем – или стадным животным?

910. Людям, до которых мне хоть сколько-нибудь есть дело, я желаю пройти через страдания, покинутость, болезнь, насилие, унижения – я желаю, чтобы им не остались неизвестны глубокое презрение к себе, муки неверия в себя, горечь и пустота преодоленного; я им нисколько не сочувствую, потому что желаю им единственного, что на сегодня способно доказать, имеет человек цену или не имеет: в силах ли он выстоять…

911. Счастье и самодовольство «лазарони» или «блаженство» у «прекрасных душ» или чахоточная любовь гернгутеровских пиетистов ничего не доказывают относительно иерархии рангов среди людей. Будучи великим воспитателем, следовало бы всю эту расу «блаженных» со всею беспощадностью, кнутом загонять в несчастье. Опасность умаления, расслабленности тут как тут; – против спинозистского или эпикурейского счастья и против всякого расслабленного безделья в созерцательных состояниях. Если же добродетель есть средство к такому счастью, значит, надо обуздать и добродетель.