Читаем О себе (сборник) полностью

Галя. Владюша, ты вдумчивый мальчик. Но ты ошибся. Шахматы для меня не страсть, а цель. Человек должен все время ставить новые цели и добиваться. Я добилась первого разряда по лыжам. Потом стала мастером по пинг-понгу. Теперь я буду мастером по шахматам… Потом добьюсь еще одной вещи… Хочешь, скажу какой, Евдокимыч?

Евдокимов. Ну?

Галя. Фигушки. Ничего я тебе не скажу. (Собирая бумаги.) Я ушла на модель. (Выходит из комнаты).

Владик. Эта твоя… в кафе… ничего была.

Евдокимов. Да, неплохая…

Владик. Я вас вчера искал перед закрытием. Но вы куда-то исчезли.

Евдокимов. Мы исчезли.

Владик. Не понял. Поподробнее.

Евдокимов. Я не люблю поподробнее…

Молчание. Возвращается Галя.

Галя. Мы пробирки заказывали?

Евдокимов. Нет, это Владик-маленький заказывал. Из тридцать девятой лаборатории.

Галя (садится за свой стол). Драма, мальчики. Мы работаем вместе целый год и до сих пор не придумали друг другу прозвища. Есть предложение называть Евдокимова «многообещающим». Я буду — «элегантная». «Элегантная Острецова из почтового ящика». А вот Владюша…

Входит Феликс, высокий красивый парень. Он медлителен, даже величав. Он разговаривает выспренно, патетически и в то же время очень серьезно. Так что нельзя понять, шутит он или говорит всерьез.

Феликс. Здорово, отцы. Принес переводы.

Галя (не отрываясь). Как живешь, Феликсончик?

Феликс. Мог бы лучше, мать. Плохо живу. Очень я огорчен. (Трагически.) Понимаете, много платят, а вот я считаю, что истинный человек должен получать мало. Он должен работать ради энтузиазма! Ради дела! Может, я неправильно считаю, пусть старшие товарищи меня поправят. (Евдокимову.) А ты все тоскуешь по мне, отец?

Евдокимов. Не говори.

Феликс. Я вот тоже. Я всегда тянусь к тебе, Евдокимов, как тянется цветок навстречу утреннему солнцу.

Евдокимов. Отчего-то мне всегда хочется говорить тебе гадость, Топтыгин. К чему бы это?

Галя. Я думаю, к дождю.

Феликс. По-моему, все проще. Ты очень много кушаешь, Евдокимов. А диалектика жизни такова: когда кони сытые — они бьют копытами. (Уходит.)

Звонок телефона.

Галя (подняв трубку). Семенова нет, Семенов на «Альфе».

Евдокимов. Ученый, который взялся заведовать отделом информации. Переводики составляет, кретин.

Галя. Ты очень впечатлительный, Евдокимыч. Ученого из него все равно бы не получилось. А там и оклад у него большой, и сидит на своем месте.

Евдокимов (встал). Не могу!.. Если придет Семенов, я в буфете. (Уходит.)

В комнате остаются Галя и Владик. Владик по-прежнему стоит у доски, что-то пишет. Галя усмехается, снимает трубку своего телефона, набирает номер. Звонок телефона на столе у Семенова, за доской.

Владик (бросаясь к телефону). Алло!

Галя (тихо, в своем углу). Здравствуйте, Владик, это опять я.

Владик (не без кокетства). Кто же мне все-таки звонит?!

Галя. Красивые девушки, Владик, не прощают, когда их не узнают по телефону.

Владик. Ну, совершенно не могу вас вспомнить. У вас весьма знакомый голос. Но вспомнить не могу. Ну, скажите… ну примерно, откуда вы меня знаете?

Галя (роковым голосом). В жизни, Владик, так много ясного. Пусть у вас будет хотя бы одна загадка… Нет, пока вы меня сами не узнаете, я вам ничего не скажу.

Владик. Вы меня не разыгрываете?

Галя. Что вы, Владик! Мы взрослые люди. Вы просто мне нравитесь. Поэтому я вам звоню.

Входит Семенов, за ним Евдокимов с бутербродами.

Семенов (глядя на разговаривающих). Любопытно! (Саркастически.) Был один телефон — занимали. Добился — поставили два телефона. Два занимают! Поставим десять телефонов!.. (Махнул рукой, начинает быстро расхаживать по комнате.)

Владик (шепотом в трубку). Здесь пришли. Позвоните завтра, хорошо?

Галя (так же). Хорошо.

Вешают трубки. Семенов молча продолжает расхаживать.

Бегуны прошли половину дистанции.

Семенов. Каждый раз… я мысленно расстреливаю себя за то, что взял в лабораторию Острецову.

Галя. Вы очень впечатлительный, Петр Сергеевич.

Семенов (походил, вдруг остановился, неожиданно заулыбался). Так вот. Трубы на «Альфе» в норме, герметичность — экстра. Короче, разрешение на опыт Евдокимова даю. И Гальперин тоже дает.

Евдокимов (стараясь небрежно). Ясно.

Семенов. Ты не стесняйся, ты улыбайся, Электрон. (Расхаживая.) Только нужна будет осторожность, ребятки. И главное — меньше темперамента. А то Евдокимов Электрон со своим темпераментом…

Евдокимов. Все ясно, Петр Сергеевич.