– Тьяго, чего ты ждёшь? – спросила Шари, поглядывая на море. – Скорее в воду – там мы в безопасности!

– Но мы же не можем бросить мисс Уайт, – запротестовал я. Вдруг Дорн или кто-нибудь из его людей застрелит её или тяжело ранит? Эта мысль была мне невыносима.

Крис недолго поколебался:

– Она велела нам как можно скорее плыть на север – так мы и поступим.

От пляжа нас отделяла широкая дорога, но люди Дорна соорудили под ней подземный переход. По пути туда мы обогнали Дженни и помахали ей на прощание.

Когда мы добежали до середины полутёмного туннеля, я услышал чей-то крик:

– Вам так просто не уйти!

Этот расфуфыренный молодой красавчик, племянник и заместитель Дорна, пугал меня всё сильнее. Удастся ли от него оторваться, если доберёмся до моря? То, что во втором обличье он хищная рыба, меня не очень беспокоило: существуют сотни видов акул, и почти все они намного меньше меня.

На пустынном продуваемом ветром пляже мы торопливо разделись, побросав одежду на песок. Я подумал, не прихватить ли из кармана флешку с важными данными, которую дала мне Дженни. Но как это сделать во втором обличье? Лучше оставить её здесь: мои грязные шмотки никто не украдёт, заберу флешку потом.

Мы поспешили к воде и бросились в прибой.

Просто невероятно, как приятно ощущать кожей ледяную морскую воду! Я тут же погрузился и, вызвав в памяти свой облик тигровой акулы, нырнул в него как в любимую футболку. Крис был рядом со мной, он уже превратился, а через несколько секунд это удалось и Шари. Морской лев и афалина с облегчением сновали вокруг меня.

– Наконец-то! – свистнула Шари. – Ух, какая вода холодная, но как же славно – я думала, что ни секунды больше без неё не выдержу…

И тут подоспел Ларри. Он оказался проклятой белой акулой – самой крупной, какую мне доводилось видеть (правда, и видел я пока только одну). Но эта была длиной метров пять. Рядом с этим гигантом я почувствовал себя сардиной.

Мы с Крисом и Шари, не сговариваясь, рванули прочь.

На полной скорости

Морские выдры, которых освободила Дженни, тоже заметили белую акулу и бросились врассыпную. Сделав круг, чтобы оглядеться, я увидел, что Ларри-акуле не до них: он неотрывно смотрел на нас – его целью были МЫ.

– Зря вы настроили против себя моего дядю, – заявил он возмущённым голосом, показавшимся мне суперстранным: он совсем не подходил акуле величиной с подводную лодку, способной без труда перекусить пополам морского льва. – Нет бы просто извиниться и уйти! Но вам надо было непременно нам досаждать! Дядя Алан вообще-то славный, но к тем, кто лезет в его дела, он беспощаден…

– Мы тоже, – услышал я вдруг голос Финни, а потом увидел и её саму – в облике чёрного ската она скользила под водой. – Привет, ребята! Классно, что вы снова в воде – мы дико за вас переживали!

– Финни, что ты творишь?! Осторожней! – взвизгнула Шари, когда наша подруга, словно камикадзе, пронеслась мимо морды Ларри, а тот, разинув пасть, попытался её схватить.

– Всё путём, – успокоила её Финни, ловко увернувшись. – Я тут родню прихватила – надеюсь, вы не против.

Из туманной глубины налетели десятки морских дьяволов, как две капли воды похожих на Финни. Я уловил их безмолвное приветствие, услышал мысленное бормотание – среди них точно есть несколько морских оборотней.

– Эй, вы чего?! Не лезьте! – возмутился Ларри, когда они закружились вокруг него, загородив ему обзор и страшно взбесив. – Проклятая свора! – Всякий раз, когда он пытался вонзить зубы в одного из них, тот был уже в другом месте – огромное конфетти, парящее в океане.

Это опасная игра, но Финни она, судя по всему, нравится. Она с разгона взмыла в воздух, сделала сальто и плюхнулась на спину Ларри. Не успел он её схватить – как её уже и след простыл: скат намного проворнее белой акулы.

Но так везло не всем: белая акула сцапала одного из скатов-мобул – не оборотня, а обычное животное, – мы и глазом моргнуть не успели, как она его растерзала.

– Спасайтесь, ребята! – крикнула нам Финни. – Здесь становится жарко.

Потрясённые, мы дали дёру. Удастся ли нам оторваться от врага? Да, он отстал!

Но у него был ещё один козырь в несуществующем рукаве, и мы услышали его дальний зов:

– Эй, Крашер, Хук! Плывите сюда – дело есть.