Читаем Новый Мир ( № 3 2012) полностью

“21 января 1987.Несмотря ни на что, по теме „30-е годы” основной историей нашего государства, канвой этой истории, ее внешностью, образным рисунком, тем, что входит в учебники, останется та история, которая запечатлена в газетах, фильмах „Веселые ребята” и „Волга-Волга”, песнях Дунаевского, Утесова, Шульженко, хроникальных кадрах Горького на трибуне I съезда писателей, встречи Чкалова и челюскинцев. А о лагерях, замученных и расстрелянных миллионах будет несколько абзацев — подобно тому, как историю Египта мы знаем по истории царей, а про безвестных строителей пирамид знаем только одно: они были, они мучились и гибли, ими построили. Такова сила архитектурного, визуального памятника, документа, запечатленного сиюминутного события. И даже сила фальшивого фильма, сделанного талантливым приспособленцем. В конечном счете остается только оно, а все реконструированное, извлеченное из забвения, воссозданное постфактум — все это, войдя в историю, никогда не станет ее доминантой — событийной, картинно-образной, музыкальной. Особенно это касаетсяискусства. Речь не о том, что Дунаевский — Александров — Орлова остались в сознании современников и трех-четырех последующих поколений как образ эпохи потому, что их вбивали, а другого не было, — а о том, что и у тех, у кого рядом есть другое знание, все равно в качестве почти подсознательной доминанты существует вот эта, образованная, созданная фильмами и музыкой”.

Феминистское искусство и гендерный принцип в современном искусстве.Беседу вела Елена Фанайлова. — “SvobodaNews.ru”, 2011, 4 декабря.

Говорит кинорежиссер и видеохудожникМарина Винник:“Лично для меня важно, чтобы женщина-художник имела право высказаться в этом поле. И любое такое высказывание будет содержать в себе какую-то долю феминизма. Потому что это высказывание с женской позиции, так или иначе. Это как если бы животные Африки могли делать искусство, и было бы искусство, которое делают львы, и вот львы бы рассказывали: „Мы жрем антилоп, лежим на деревьях, и это так круто”. Но в какой-то момент антилопы бы тоже получили доступ к какому-то публичному пространству. И какие-то из них говорили бы: „Нам так нравится, что нас едят львы, но мы себя чувствуем небезопасно при этом”. А какие-то другие говорили бы: „Давайте объединимся и восстанем против них”. Какие-то третьи говорили бы что-то еще”.

Александр Чанцев.Мишель Уэльбек. Карта и территория. — “OpenSpace”, 2011, 14 декабря.