Да уж… Сестра Ярослава, похоже, вообще не видит берегов! Это же надо такое сказать, да еще и беременной женщине! Сумасшедшая. Да и мало ли, какая сама Любава: одна услышит и забудет, а другая будет себя накручивать и доводить, подозревая любимого в измене. Подобное слова отравляют жизнь, как яд…

Из грустных мыслей вывело крупное облако пыли, что показалось далеко впереди на дороге – навстречу нам кто-то несся во весь опор.

Верхоусов нахмурился и подобрался, передав свое напряжение и мне. И было отчего: вскоре в клубах пыли стал различим мчащийся на лошади городовой в белой полицейской форме. Завидев нас, всадник сбавил скорость и подъехал к повозке уже сдержанной трусцой. Я его узнала – это Прохор Зимин, он был с нами на Тарутинском валу.

– Здравствуйте, господин капитан, здравствуйте, барышня! Хорошо, шо я вас нашел! У нас беда приключилась – Крендели сбежали!

– Что?! – воскликнули мы одновременно.

– Дак Крендели, говорю, сбежали, Мирон и Ждан! Усыпили охрану во время этапирования да сбежали. Непонятно, как такое приключилось. Надо бы вам, господин капитан, в управление явиться.

– Это понятно! Посты вокруг города выставили?

– Выставили, да бандиты энти как сквозь землю провалились!..

– Так, хорошо… Вельского предупредили?

– Дак я вас поехал искать, а секретарь его, Тимур, за шефом побег. До вашего доходного дома мы вместе добрались, но Вельского, поди, уже нашли… Это мне пришлось сначала к вам на квартиру мотаться, а уж потом в деревню к родне скакать… – несколько обиженно произнес Зимин.

– Спасибо, Прохор, скачи… А хотя, давай меняться! – Спрыгнув с повозки, Ярослав виновато взглянул на меня. – Ника, извини…

– Поезжай, я все понимаю! – испуганно выдохнула я.

Ярослав кивнул, забрал поводья у спешившегося Прохора, лихо вскочил в седло, развернулся и погнал лошадь в галоп. И так круто у него получилось, что я залюбовалась! Правда, недолго, ибо уже в следующую секунду меня настигло осознание. Крендели сбежали! Боги… А вдруг они начнут меня искать? Вдруг уже сидят где-то в засаде и ждут подходящего момента, чтобы… чтобы что?! Так, стоп, отставить панику! Кренделей вот-вот найдет полиция. Ждану и Мирону явно не до меня, им нужно постараться убежать от погони, тем более граница рядом… Им просто не до мелкой мести, так что бояться нечего!

– Кхе-кхе, – напомнил о себе городовой.

– О… Что же вы стоите? Запрыгивайте, и поехали скорее!

Городовой занял место Ярослава и тронул поводья.

– До города минут десять осталось! Домчу с ветерком!.. И да, вы пока по городу особо не шастайте, а то мало ли что, все же градоначальник наш бывший где-то рядом рыщет…

Глава 22

До города доехали в полной тишине. Так же молча добрались до трактира, где я поблагодарила попутчика и спрыгнула на тротуар. Пробормотав слова прощания, Зимин тут же укатил в сторону полицейского управления. Проводив взглядом повозку, уже хотела направиться в трактир, но…

– Барышня Воронцова! Вероника! Подождите мгновенье, у меня к вам срочное дело! – В мою сторону спешил орк, в котором без труда узнала секретаря графа Вельского.

Грудь пронзил укол острой тревоги – просто так Всеволод Александрович Тимура бы не прислал, следовательно… случилось нечто ужасное! Меня накрыла волна лютой паники, сердце заухало где-то в ушах, застучало быстро-быстро!

– Вы чего, барышня?! Вам плохо?

Только сейчас дошло, что у орка в руке какой-то конверт.

– Нет, нет! Все хорошо, – спешно проговорила я. – Что вы хотели?

– Вероника Сергеевна, вот… Велено передать вам в руки. – Он неуверенно протянул послание.

– Кем велено? – взяв конверт, спросила я.

– Так градоначальником нашим, князем Полевским. Я с его секретарем у графа Вельского в приемной столкнулся… Он пришел какие-то бумаги из администрации занести, узнал, шо я тоже к Вельскому, да и предложил: он вместе с бумагами передает, шо его сиятельству срочно нужно в управление, а я разворачиваюсь да бегу к вам, посланьице энто передать…

– Хм… Какой-то неравноценный обмен получается.

– Ну, есть немного, да… Так секретарь градоначальника мне еще и серебрушку дал, шоб самому по городу не бегать… Но только вы никому не говорите, а то меня еще со службы турнут!

– Ладно, не скажу. Спасибо большое.

– Ну вот и ладушки! – тут же засобирался он. – Побегу я. Там, поди, уже и Вельский явился… и так нагоняй отхвачу. Ну да придумаю, шо сказать! Бывайте, барышня.

Орк развернулся и убежал прочь.

– До свидания…

Я осталась стоять посреди тротуара с конвертом в руке. Этот мир меня совсем доконал – от страха чуть богу душу не отдала! Просто смешно. Страдальчески вздохнула и прошла к скамейке под раскидистой магнолией. Утром Полевский уже передавал мне записку, следовательно, в этой что-то срочное. Поменялись планы? Ну да что гадать, сейчас узнаем.

Никаких надписей на конверте не было, а вот само послание меня сильно удивило – почерк был незнаком. Никаких красивых завитушек, лишь понятный и четкий прописной текст:

«Милая барышня, Вероника Сергеевна! Право слово, времени мало, так что диктую послание секретарю». А, вот оно что! Выходит, это почерк секретаря!