Послеобеденный — самый глухой,

сладкий и длинный.

Грозно вздымается надо мной

Аргус тысячеокий —

так не спеша наступает ночной,

самый глубокий.

*     *

 *

Грусть-тоска (пускай и идет к концу

третья серия) молодцу не к лицу.

Дисциплина, сержант мой твердил. И снова,

заглядевшись с похмелья на тающие снега,

призадумаюсь, вспомнив, что  жизнь долга,

словно строчка Дельвига молодого,

словно белый свет, словно черный хлеб,

словно тот, кто немощен был и слеп

от щедрот Всевышнего. Значит, время

собираться в путь.  Перед баулом пора

разложить пожитки, летучей воды с утра

отхлебнуть для храбрости вместе с теми,

кто мою обступал колыбель, кто пел

над бездумной бездной, во сне храпел,

почечуем ли, бронхиальной астмой

исходя. Еще поживем, жена,

дожидаясь, пока за стеной окна

стает снег, единственный и прекрасный.

Гярб, ветер с востока

Голованов Василий Ярославович родился в 1960 году. Закончил журфак МГУ. Автор нескольких книг прозы. Лауреат российских и международных литературных премий. Постоянный автор «Нового мира». Живет в Москве.

ВАСИЛИЙ ГОЛОВАНОВ

*

ГЯРБ, ВЕТЕР С ВОСТОКА

Из книги «Тотальная география Каспийского моря».

I. ТРАНСАЭРО

Cейчас я появлюсь. Эскалатор метро, выходящий в здание Павелецкого вокзала, дотягивает последние метры  до того места, где ступени начинают складываться, превращаясь в плоскую ленту, на которой каждый, вынырнувший из глубин метро, становится хорошо различим. Эта лента, похожая на беговую дорожку, — начало бесконечного пути, который мне предстоит пройти. Поэтому я волнуюсь. Привычные детали интерьера метро выглядят незнакомыми. Мозг притуплен. Шагаю к выходу, мельком взглянув на толпу возле касс метро, которую образуют люди, только что приехавшие на разных поездах из других городов. Чтобы войти в Москву, им всем надо купить билеты на метро, а работает только одна касса. Горечь заброшенности в большом городе видна на их лицах. Не хотел бы я оказаться на их месте в очереди со всеми их сумками, баулами, детьми и небритыми подбородками.

Ведь не пройдет и шести часов, как я могу, несмотря на свое нежелание, очутиться в их положении. Я еду в незнакомую страну. В город, о котором яничегоне знаю. И тем не менее я рассчитываю на помощь неизвестных мне людей: что они меня встретят, отвезут, объяснят, поселят в гостиницу…