Читаем Новые бродяги полностью

Что руководило такими людьми как Сент-Экзюпери и Сантос-Дюмон? Что заставляло их, наплевав на все законы биологической целесообразности и естественного отбора, продолжать верить в свою мечту?

Один из героев фильма «Амели» сказал: «Мечтателям сейчас не сладко». 

Мечтателям во все времена не сладко…

И все же… Не примите  мои слова за иронию: мечтайте и помните, что вы не одиноки. Мечтателям всегда непросто, но они делают наш мир чуточку ярче и добрее.

***

Рита отложила книгу и блокнот. После «Маленького принца» её охватили мысли о самолетах и мечтателях. Снова раскрыла «молескин», перечитала написанное и всхлипнула. Уже третий день Рита не вставала с постели в маленькой гостиничке на окраине Улан-Удэ, и все три дня температура не желала снижаться. Еще в поезде Томск-Улан-Удэ она почувствовала себя неважно, а по прибытии в город совсем слегла. Рита была категорически против поезда. Ну, уж нет, трястись почти двое суток да еще с пересадкой в Юрге, на это даже новые бродяги не подписывались. Но когда стали искать билеты на самолет выяснилась, казалось бы, невероятная вещь – время в пути на самолете составит 21 час с копейками. Оказалось, прямых рейсов в природе не существует. Есть с пересадкой в Иркутске и дозаправкой в Красноярске, а на такие подвиги даже бродяг с их обилием свободного времени и полной непредсказуемостью маршрута не очень тянуло, ну, или через Москву, что совсем уж не укладывалось в сознании.

– Жизнь прекрасна и удивительна, но, в основном, все-таки удивительна, – съязвила Рита и согласилась на поезд.

В поездах, если вдуматься, всё-таки гораздо больше романтики, чем в самолетах. Смотри себе в окно на пролетающие мимо пейзажи, прихлебывая горячий чай из раритетных граненых стаканов в не менее раритетных подстаканниках (молодежь и слова-то такого не знает, подумала Рита) да отсчитывай время в пути. Можно завернуться в одеяло на верхней полке и уединиться с книгой ото всего мира, а заодно и от попутчиков. А как хорошо спится под умиротворяющий стук колес и легкое покачивание вагона. Ну, еще можно прогуляться в вагон-ресторан и поболтать с соседями по купе, если приличные попадутся. Сосед попался вполне приличный, но вдрызг простуженный. Да еще в купе от окна дуло немилосердно, по ночам укрывались всем, что только могло сгодится для этой цели. Но все равно к концу первых суток Рита почувствовала, что безнадежно заболевает. Как Костя привез её в гостиницу, она помнила смутно.

– Привет страждущим, – Костя раскраснелся с мороза и выглядел довольным. Ему удалось приобрести приличный зеркальный фотоаппарат, о котором он мечтал с самого начала путешествия.

– Я тебе лекарства принес. Апельсинов, извини, в это время года здесь днем с огнем не найдешь.

– Я не хочу апельсинов, – прохлюпала Рита, – я хочу на море.

– Так в чем проблема? Выздоравливай и поехали.

Легко сказать – поехали. Косте повезло, у него с собой оказался загранпаспорт, то ли случайно, то ли всерьез готовился прямиком из Тюмени рвануть странствовать. Рита-то всегда думала, что эта мысль пришла Косте в голову прямо там и была немедленно реализована. О том, что он мог готовиться заранее, она никогда не задумывалась.

Пришлось Рите звонить домой, просить выслать паспорт почтой, что-то объяснять. А она ох как не хотела сейчас что-то кому-то объяснять, она только начинала втягиваться в бродячую жизнь и пока самой себе-то толком ничего не могла объяснить, не то, что близким.