Рита с Костей, приехавшие на попутке посмотреть на «новое экономическое чудо», побродили по унылому бетонному царству с парой белых беседок, недостроенными дорогами, кучами мусора, гонимого порывами ледяного ветра, и, как апофеоз всего, с новеньким маяком, предназначенным, увы, не для навигации, а для развлечения и ублажения капризного до зрелищ туриста. Бродяги с трудом дошли до маяка под завывания ветра (машины на территорию почему-то не пускали) и обнаружили на входе пожилую бурятку, которая сообщила, выдыхая им в лицо клубы табачного дыма, что вход в маяк запрещен, а чтобы получить разрешение, нужно куда-то обратиться, чтобы получить какую-то бумагу, точнее она не знает. Рита сразу вспомнила остроумные слова М.А. Булгакова о том, что «необходимо сейчас же, тут же, не сходя с места, составить какую-то коллективную телеграмму и немедленно послать её».

На двери маяка висело объявление «С вопросами и предложениями обращаться к старшему смотрителю». Где найти старшего смотрителя, бурятка не знала, впрочем, как и младшего или хоть какого-нибудь смотрителя, к которому можно обращаться с вопросами и предложениями. От денег за вход тоже отказалась, туманно мотивировав тем, что «распоряжения не было». От кого оно должно поступить, бродяги даже не стали выяснять – бесполезно. Вот и получается, маяк для туристов, но туристам туда нельзя.

Унылое, безрадостное место. Но в последнее время наметилась «положительная» тенденция – проектом заинтересовались китайцы. Они готовы вложить деньги, достроить объект и возить сюда своих туристов, естественно, мимо и регионального, и федерального бюджетов Российской Федерации. А вы говорите, экспансия…

– Ведь вся прелесть Байкала в его первозданной, природной красоте, – возмущалась Рита, когда они на очередной попутке ехали в Горячинск на термальные источники, – кому здесь нужны бетонные набережные, их в Крыму хватает?

В Горячинске Риту ждало разочарование. Оказалось, что целебные воды загнали в трубы и подвели их к санаторию, куда без санаторно-курортной карты и кучи справок не попадешь. Она вспомнила, что уже однажды в Тюмени не попала на термальные источники из-за того, что схватила простуду, и пока её коллеги плескались в полезных водах, откисала в гостиничном номере, закутанная в плед и с горячим чаем наперевес.

– Видимо, источники – это не мое, – решила Рита и перестала расстраиваться.

Но все-таки бродягам было суждено прикоснуться в этот день к термальным водам. Местная жительница с поэтическим бурятским именем Нарана, что значит «солнце», которую они расспрашивали про источник, показала то место, откуда собственно из-под земли и вытекает горячая остро пахнущая вода и маленькое озерцо, образованное ей. Озеро грязноватое, слегка заросшее тиной. Рита потрогала воду – горячая. Нарана пояснила – 70 градусов; пить эту воду не рекомендуется, вредно для желудка, купаться в ней более шести минут тоже не стоит. Собственно, отчасти именно поэтому воду «увели» в санаторий, чтобы страждущие лечились под наблюдением врачей и не занимались самодеятельностью. В свете всего этого Риту изумили местные жители, которые набирали воду из озерка целыми ведрами и уносили домой.

– Неужели лечиться? – спросила Рита.

– Стирать, – без обиняков ответила Нарана.

Глава одиннадцатая

Творческие люди

На ночь Рита и Костя остановились в доме гостеприимных супругов Виталия и Галины, который специализировались на том, что предоставляли своё уютное двухэтажное жилище туристам и паломникам. Пока хозяйка накрывала на стол, её муж развлекал гостей разговорами. Он оказался заядлым охотником, поэтому сразу же оседлал любимого конька: