Читаем Новая Хроника полностью

11 апреля 1329 Людовик Баварский, который велел именовать себя императором, покинул Пизу, чтобы направиться в Ломбардию, потому что Висконти, владевшие сеньорией над Миланом, уклонились от повиновения ему, как из-за упомянутых событий с Марко Висконти, так и вследствие того, что Баварец очевидно намеревался уничтожить могущество сыновей Каструччо, принадлежавших к одной партии с Висконти. Покидая Тоскану, Баварец обнадёжил своих сторонников в Пизе, Лукке и остальной Тоскане, что возвратится в кратчайший срок, хотя пизанцы уже считали, что пришло время ему убираться, по причине невыносимых тягот, которые они принуждены были по его милости сносить, к малой чести для него самого и большому ущербу для пизанцев и лукканцев. Он оставил однако в Пизе как своего представителя мессера Тарлатино из Ареццо с 600 немецкими рыцарями и в Лукке Франческо Кастракане Интерминелли (Francesco Castracane Interminelli) с 400.

Придя в Ломбардию, Баварец созвал всех тиранов и крупную знать страны на собрание в Маркарию (Marcaria)[680], куда и явилась большая их часть, а именно Кане делла Скала, сеньор Мантуи, а также сеньоры Комо и Кремоны; не явились лишь Висконти из Милана.

И в результате заседания, которое длилось со Страстной Пятницы до 26 апреля[681], было принято решение с названными ломбардцами напасть на Милан, потому что мессер Висконти и его родичи не собирались ни подчиняться, ни уступать власть над Миланом. Также по всей вероятности Баварец знал о том, что они ведут мирные переговоры с папой и церковью. Посему Баварец направился в Кремону, чтобы подготовить нападение. Вскоре после этого, в мае, он, поддерживаемый Ломбардской лигой, с 2000 всадников выступил против Милана и занял позицию у Монцы (Monza). Здесь и в графстве Милан он оставался долгое время, в течение которого опустошал страну; однако в области Милана ему не удалось завоевать ни одного города. Лишь городом Павия он смог овладеть в конце июня договорным путём на определённых условиях; затем однако он направился в Кремону, по причине событий, о которых мы ещё упомянем, произошедших не к выгоде легата и церкви в Парме, Реджио и Модене.]

130. КАК ОТРЯД НЕМЦЕВ ИЗ ЧЕРРУЛЬО ПРИШЕЛ В ЛУККУ И ЗАХВАТИЛ ТАМ ВЛАСТЬ

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги