Читаем Новая Хроника полностью

Когда король Карл и его войско овладели Чепперано, они беспрепятственно смогли занять Аквино и штурмом взяли крепость Акри, одну из самых сильных в тех краях. Затем они разбили свой лагерь у Сан Джермано. Защитники города, который был хорошо укреплен и обеспечен людьми и провиантом, относились к сторонникам Карла с презрением и стали дразнить их слуг, которые поили лошадей, и кричать им: "Где же ваш Карлотто?" Задетые их бранью, те вступили с горожанами в стычку и взбудоражили все французское войско. Опасаясь нападения на лагерь, французы поспешно вооружились и бросились к городу, жители которого не ожидали никакой угрозы и не подняли общей тревоги. Нападавшие рьяно атаковали город в нескольких местах, причем те, кому нечем было укрыться от обстрела, спешивались с коней, снимали с них седла и, подняв над головой, приближались к стенам и башням. Граф Вандом и его брат мессер Жан, взявшиеся за оружие одними из первых и под своим знаменем преследовавшие тех челядинцев, которые сделали вылазку, вместе с ними пробились внутрь через калитку, открытую, чтобы пропустить своих. Преследователи при этом подвергались величайшей опасности, поскольку эта дверь хорошо охранялась, так что французы, бывшие с графом Вандомом и его братом, потеряли множество убитых и раненых. Все же благодаря своей доблести и мужеству они одержали верх в этой свалке у ворот, вошли внутрь и тотчас же водрузили на стене свое знамя. За ними в числе первых вошли флорентийские гвельфы во главе со своим капитаном графом Гвидо Гверра, а их знаменосцем был мессер Стольдо Джакоппи де Росси. Поведение флорентийцев при взятии Сан Джермано было удивительным и достойным всяческих похвал и по их примеру те, кто оставался снаружи, возгорелись отвагой и продолжили штурм. Оборонявшие город, увидев на стенах вражеские знамена и противников внутри города, начали разбегаться, так что защищать его было почти некому. Таким образом, войско Карла 10 февраля 1265 года с боем взяло Сан Джермано, что вызвало величайшее удивление, поскольку город считался неприступным. Полагали, что это было скорее делом рук Божиих, нежели человеческих, ибо внутри находилось больше тысячи рыцарей и пять тысяч пехотинцев, в том числе немало сарацин-лучников из Ночеры. Правда, накануне ночью между ними и христианами, по Божьему изволению, произошло столкновение, от которого сарацины потерпели чувствительный ущерб и на следующий день не проявили никакого желания участвовать в защите. Наряду с другими это было одной из причин падения Сан Джермано. Многие воины из отрядов Манфреда погибли и попали в плен, а город был весь заполнен и разграблен французами. Король и его войско остановились здесь на отдых, выжидая, как поступит Манфред.

7. КАК КОРОЛЬ МАНФРЕД ПОДОШЕЛ К БЕНЕВЕНТУ И ВЫСТРОИЛ СВОИ ВОЙСКА ДЛЯ БИТВЫ С КОРОЛЕМ КАРЛОМ

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги