Читаем Ноунейм полностью

– Ты же знаешь, что я не о деньгах беспокоюсь, – недовольно скривилась та. – Их нам хватает с головой, тебя ведь, кроме игры, ничего не интересует.

«Не начинай!» – разозлилась я.

– Кира, дочка, я ведь просто хочу снова нормально общаться с тобой! – всплеснув руками и усевшись на диванчик, проговорила мама. – Я уже смирилась с твоей маниакальной местью, даже с тем, что ты каждый день рискуешь своим и без того подорванным здоровьем…

«Так, а с этого места подробнее, – прервала я спич родного человека. – Ты за девять лет моей работы ищейкой ни разу не побеспокоилась о возможном физическом вреде для меня. Что изменилось сегодня?»

Дождавшись, пока мама прочтёт текст, я испытующе уставилась на неё.

– Артемий звонил, – замявшись и пряча глаза, проговорила та. – Сказал, что ты в своих поисках заходишь слишком далеко и не жалеешь себя.

«Я вам что, дитя малое?! – гневно вздыхая, попыталась показать маме всю гамму обуревавших меня чувств. – Чего вы меня пасёте? Никого не трогаю, живу дальше, как ты и хотела!»

– Да разве это жизнь, Кирочка? – на глазах мамы выступили слёзы. – Ну, поймаешь ты своих преступников, ну, накажешь. Дальше что?

«Дальше и подумаем, – быстро напечатала я. – Всё, я спать, у меня завтра начало нового дела».

– Ты бы поела! – бросила мне в спину мама, но я лишь передёрнула плечами и вернулась в свою комнату.

«Отвали от меня и от мамы!» – написала гневное сообщение Тэму. Задолбали лезть в душу. Это надо было делать девять лет назад, а сейчас уже всё, рана закапсулировалась вместе с гноем боли внутри. И вскрывать этот нарыв я никому не дам, и так с трудом пережила то время.

Естественно, бывший муж не ответил, что ещё больше взбесило меня. Вроде как ему мои слова будто об стенку горох. Надо как-нибудь выведать у подчинённых Мишули, кем числится в игре Артемий. Я никогда раньше этим не интересовалась: сначала просто не испытывая любопытства, а потом из-за попыток вычеркнуть его из моей жизни. Но бывший, как торговый представитель назойливых компаний: ты его за дверь – он в окно.

«Итак, что мы имеем на сегодняшний день? – подумала я, лениво развалившись на кровати и разглядывая игру солнечного света и тени от деревьев на противоположной стене. – Задание Мишули и два помощника, от которых желательно бы отделаться, не могу я работать в команде – это раз. Таинственный Цеховик и его сеть барыг и омнистов – это два. Ну и необходимость раздобыть компромат на Артемия. Может, тогда окончательно отцепится от меня – это три!»

Перевернулась на живот и, обняв подушку, уставилась в окно. Моё спальное место располагалось на подиуме, объединяющем подоконник и каркас кровати, и мне очень нравилось перед сном разглядывать спешащих по своим делам прохожих. Нравилось наблюдать, как протекают чьи-то дни, тонированные стёкла позволяли не беспокоиться за конфиденциальность моей жизни.

Вот и сейчас, когда я наблюдала, как молодая мама тащит упирающегося сына на остановку гравибаса^[18], в голову закрались предательские мысли о бессмысленности моего нынешнего существования.

«Ты же сама понимаешь, что и мама, и Тэм правы, – промелькнуло в голове. – В жизни случаются и более страшные события!»

Покрутив головой, будто отмахиваясь от вполне логичных доводов, я силой заставила себя ни о чём не думать и наконец-то заснуть.

Из сна, больше похожего на тяжёлое забытье, меня вывел монотонный шум работающего пылесоса. Шустрая машинка крутилась по комнате, выпуская тонкие щупы в особо труднодоступные места. С чувством потянувшись, сверилась со временем: всего семь часов вечера. Я проспала весь световой день и теперь рисковала столкнуться с бессонницей. А это перед началом нового дела крайне нежелательно. Значит, надо вымотать себя за оставшиеся до полуночи пять часов так, чтобы на встречу с помощником явиться в адеквате.

Надев спортивный костюм, я решила выйти на пробежку. Заодно кровь разгоню и исполню мамино желание – побыть на улице. Несмотря на её дико раздражающие советы, я понимала, что это проявление заботы с её стороны.

Маму я обнаружила в общей комнате нашей уютной трёшки. Получив от неё список продуктов и одобрительный кивок, наконец-то вышла из дома. Улица встретила уютным мерцанием фонарей, парящих над тротуаром и дорожками для малых видов транспорта. Меня овевал не по-осеннему тёплый ветерок, и я даже улыбнулась окружающему миру. В такие минуты мне даже начинало казаться, что у меня абсолютно нормальная жизнь. Ровно до того момента, пока я на обратном пути, уже нагружённая покупками, не увидела в одном из переулков передачу партии омнигеля.

Приобщаться к радостям виртуальной жизни хотели многие, но легальный омнигель, произведённый по всем заводским стандартам, стоил достаточно дорого. Вот и находились те, кто готов был продать подпольный товар с заведомо ухудшенными свойствами. И те, кто был рад такое купить. Многие же из нас живут по принципу «со мной ничего плохого не случится!».