Читаем Ноябрь / November полностью

ТЕТЯ МОЛЛ. Ребекка?

ТЕТЯ ЛИЗ. А что с ней?

ТЕТЯ МОЛЛ. Она сюда приходила?

ТЕТЯ ЛИЗ. Когда?

ТЕТЯ МОЛЛ. Сегодня.

ТЕТЯ ЛИЗ. Она расписалась в журнале посещений?

ТЕТЯ МОЛЛ. Да.

ТЕТЯ ЛИЗ. Раз расписалась в журнале посещений, значит, приходила. Чего ты вообще спрашиваешь?

ТЕТЯ МОЛЛ. Просто пытаюсь поддержать разговор.

ТЕТЯ ЛИЗ. Воспринимаешь меня, как идиотку. Ты такая же плохая, как Микки.

ТЕТЯ МОЛЛ. В смысле, Бекки.

ТЕТЯ ЛИЗ. Кто?

ТЕТЯ МОЛЛ. БУДЕШЬ ТЫ ДОЕДАТЬ БАНАН ИЛИ НЕТ?

ТЕТЯ ЛИЗ. НЕТ. (Пауза). Какая-то ты сегодня раздражительная.

ТЕТЯ МОЛЛ. Это да.

ТЕТЯ ЛИЗ. Просто поддерживаешь разговор.

ТЕТЯ МОЛЛ. Пожалуй.

ТЕТЯ ЛИЗ. Коротаешь время.

ТЕТЯ МОЛЛ. Да.

ТЕТЯ ЛИЗ. Я тоже.

ТЕТЯ МОЛЛ. Знаю.

ТЕТЯ ЛИЗ. Миссис Астор еще не умерла?

ТЕТЯ МОЛЛ. Нет.

ТЕТЯ ЛИЗ. Все также подбрасывает ноги?

ТЕТЯ МОЛЛ. Насколько я знаю, да. Подбрасывает.

ТЕТЯ ЛИЗ. Просто не так высоко.

ТЕТЯ МОЛЛ. Совершенно верно.

ТЕТЯ ЛИЗ. А эта уже умерла?

ТЕТЯ МОЛЛ. Кто?

ТЕТЯ ЛИЗ. Как ее знали? С карбункулом. Гретхен.

ТЕТЯ МОЛЛ. Насколько я помню, да[1].

ТЕТЯ ЛИЗ. Гретхен умерла?

ТЕТЯ МОЛЛ. Да, умерла.

ТЕТЯ ЛИЗ. Ей пора.

ТЕТЯ МОЛЛ. Ты же не всерьез.

ТЕТЯ ЛИЗ. Всерьез. Всю жизнь ходила на похороны. Вот и заслужила свои.

ТЕТЯ МОЛЛ. Я иду домой.

ТЕТЯ ЛИЗ. Где Дейви?

ТЕТЯ МОЛЛ. Какой Дейви?

ТЕТЯ ЛИЗ. Дейви. Мой брат. Твой брат. Дейви Армитейдж. Дейви.

ТЕТЯ МОЛЛ. Дейви давно умер. Ты это знаешь.

ТЕТЯ ЛИЗ. Нет. ДЕЙВИ! Он уехал во Францию, искал ту женщину[2]. Проповедник.

ТЕТЯ МОЛЛ. Не был он проповедником. Он писал стихи.

ТЕТЯ ЛИЗ. Он написал свое имя на всех папиных книгах, вот что он писал. Бен пошел в Дейви. Куда уехал Дейви? В Айдахо?

ТЕТЯ МОЛЛ. Дейви Армитейдж умер в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом. Или пятьдесят шестом? Нет, пятьдесят седьмом.

ТЕТЯ ЛИЗ. Мог бы, по крайней мере заглянуть ко мне.

ТЕТЯ МОЛЛ. Не может он заглянуть к тебе, потому что мертв уже двадцать три года.

ТЕТЯ ЛИЗ. Тогда, пожалуй, мне пора заглянуть к нему.

ТЕТЯ МОЛЛ. Я доем этот банан, раз ты не хочешь.

ТЕТЯ ЛИЗ. Дороти по-прежнему играет на пианино?

ТЕТЯ МОЛЛ. Боюсь, что да.

ТЕТЯ ЛИЗ. Лучше ей не становится?

(ТЕТЯ ДОР вновь начинает тихонько играть).

ТЕТЯ МОЛЛ. Нет. Не становится.

ТЕТЯ ЛИЗ. Я так и думала.

ТЕТЯ МОЛЛ. Как ей может стать лучше? Она глухая.

ТЕТЯ ЛИЗ. Что?

ТЕТЯ МОЛЛ. Глухая.

ТЕТЯ ЛИЗ. ЧТО?!

ТЕТЯ МОЛЛ. ОНА ГЛУХАЯ! ДОРОТИ ГЛУХАЯ!

ТЕТЯ ЛИЗ. Незачем тебе кричать. Я тебя слышу. Я – не глухая.

ТЕТЯ МОЛЛ. ЧТО?

ТЕТЯ ЛИЗ. Я ГОВОРЮ, ЧТО НЕ ГЛУХАЯ!

ТЕТЯ МОЛЛ. А-а-а.

(Пауза. ДОРОТИ играет, не попадая в ноты. ТЕТЯ МОЛЛ доедает банан).

ТЕТЯ ЛИЗ. Джесси тоже умерла.

(ТЕТЯ ДОР перестает играть).

ТЕТЯ МОЛЛ. Давным-давно. Очень, очень давно.

ТЕТЯ ЛИЗ. Она была восхитительной, озорной девушкой, наша Джесси. Что за девушка! Такая красивая. Джон Роуз убил ее мясницким ножом.

ТЕТЯ МОЛЛ. ДЖОН Роуз не убивал Джесси мясницким ножом?

ТЕТЯ ЛИЗ. Тогда чем? Топором?

ТЕТЯ МОЛЛ. Джон Роуз не убивал Джесси. Никто не убивал Джесси. Она родила Бекки, а потом слишком рано отправилась на танцы, подхватила воспаление легких и умерла.

ТЕТЯ ЛИЗ. Но обрюхатил ее Джон Роуз[3], так?

ТЕТЯ МОЛЛ. Я не хочу об этом говорить.

ТЕТЯ ЛИЗ. Где Бен?

ТЕТЯ МОЛЛ. В КОННЕКТИКУТЕ!

ТЕТЯ ЛИЗ. Слушай, ты пришла не затем, чтобы откусить мне голову, Молли? И где вторая половина банана? Ты ее съела?

ТЕТЯ МОЛЛ. Ты сказала, что не хочешь банан. И ты всегда голодная. Разве тебя здесь не кормят?

ТЕТЯ ЛИЗ. Помоями.

ТЕТЯ МОЛЛ. А чего приходила Бекки?

ТЕТЯ ЛИЗ. Помоями.

ТЕТЯ МОЛЛ. Это я поняла, но чего приходила Бекки?

ТЕТЯ ЛИЗ. Помоями.

(МИССИС ПРИКОСОВИЧ, старая женщина, входит, говоря сама с собой. ТЕТЯ МОЛЛ при этом уходит, направляется к ТЕТЕ ДОР, начинает что-то ей выговаривать. Особенно в этом действии картины должны плавно переходить одна в другую, в соответствии с тем, как внимание ТЕТИ ЛИЗ переходит от одного к другому. Легкость и плавность переходов фрагментов реальности из одного в другой крайне важна).