Читаем Ночной убийца полностью

— Где ты находился, когда ее убили? — спросила Коннел.

— Я напился. Мои приятели подвезли меня к дому, но я знал, что начну блевать, как только окажусь внутри, поэтому я зашел в соседний магазин, чтобы купить кофе. Это меня и погубило.

— Расскажи, — предложила Коннел.

Прайс посмотрел в потолок, прикурил, затянулся, выдохнул дым и прикрыл глаза, вспоминая.

— Я встретился с друзьями. Черт побери, мы весь день пили и играли в бильярд. Около восьми часов парни привезли меня домой, потому что я набрался под завязку и больше в меня не лезло.

— То есть ты сильно напился, — сказал Лукас.

— Да, в стельку, — кивнул Прайс. — В общем, они оставили меня у крыльца, и я немного посидел, а когда понял, что смогу дойти до углового магазина, решил купить кофе. Неподалеку от моего дома, на одной из боковых улиц, стоит торговый центр и «Севен-илевен».[20] Там еще есть аптека, химчистка и книжный магазин. Я болтался в «Севен-илевен», а она вышла из книжного, чтобы что-то купить. Я почти ничего не соображал, но вспомнил, что однажды делал для нее сварку.

— Сварку?

— Да, — Прайс рассмеялся, но почти сразу его смех превратился в кашель. — Она купила «кадиллак» семидесятого года — настоящее ведро, представляете, кремовая краска поверх ярко-зеленой, — и у него отвалился бампер. Просто взял и отвалился. На станции техобслуживания за это дело потребовали четыреста долларов, вот она и приехала ко мне в мастерскую и спросила, сколько это будет стоить. Я приварил сукина сына за двадцать два доллара. Если бы не проклятый бампер, я бы до сих пор был свободным человеком.

— Значит, ты помнишь, как встретил ее в магазине, — сказала Коннел.

— Да. Я сказал: «Привет» — и двинулся в ее сторону, но она не захотела со мной разговаривать. Кажется, я потащился за ней. — Голос Прайса зазвучал как-то отрешенно, очевидно, в его памяти всплывали подробности. — Она направилась к книжному. Я так сильно набрался, что в голове вертелась только одна мысль: «Проклятье, мне должно повезти с этой цыпочкой». Но у меня не было ни единого шанса. Даже если бы она сказала «да», я был совсем не в форме, чтобы… ну, вы понимаете. И все же я вошел в книжный магазин.

— Как долго ты пробыл там?

— Минут пять. Народу было много, а я выделялся не лучшим образом. Ко всему прочему, от меня пахло так, будто на меня помочился грузовик, перевозящий «Будвайзер».

— Что дальше? — спросила Коннел.

— Я повернулся и ушел. — Голос Прайса обрел твердость, и он сел прямо. — Там работал продавцом один прыщавый недоносок, так вот, он засвидетельствовал, что я задержался и после окончания чтений последовал за женщиной, когда та вышла из магазина. Так он сказал. Адвокат спросил его: «Ты можешь указать на человека, который пошел за убитой?» Продавец, дававший показания, ответил: «Да, сэр. Он находится здесь». И ткнул в меня пальцем. Вот тогда-то мне и пришел конец.

— Но это был не ты.

— Проклятье, нет, не я. Продавец меня запомнил из-за того, что я наткнулся на него. Вроде как толкнул.

— А что за история с татуировкой? — спросил Лукас.

Взгляд Прайса заметался между конвоиром и Лукасом, но подбородок перемещался не более чем на четверть дюйма.

— Татуировка? Никакой татуировки не было.

Коннел, погрузившаяся в изучение своих бумаг, ничего не заметила.

— Согласно моим записям… — начала она, оторвавшись от чтения.

— Нам нужно поговорить, — перебил ее Лукас. — Я бы предпочел, чтобы мистер Прайс нас не слышал… Пойдем.

Охранник, изучавший энциклопедию «Поп, рок и соул», поднял голову.

— Я могу вывести его…

— Мы отойдем в угол, этого будет достаточно, — сказал Лукас, увлекая за собой Меган.

— Что такое? — тихо спросила она.

Лукас повернулся спиной к Прайсу и конвоиру.

— Он не хочет рассказывать про татуировку в присутствии охранника. Поговори с ним еще пять минут, а потом попроси конвоира отвести тебя в туалет. И пусть он проводит тебя — туалет довольно далеко отсюда.

— Хорошо, — кивнула она.

Когда они вернулись, охранник вновь углубился в чтение.

— И куда же ты направился после того, как вышел из книжного магазина? — спросил Лукас.

— Домой.

— Ты не стал ее ждать? Не попытался снова заговорить?

— Нет, пропади оно все пропадом. Я был не в том состоянии, чтобы болтаться по улицам. Я вернулся в угловой магазинчик и купил пару бутылок пива — о кофе я забыл. Мне с трудом удалось добрести до дома, я посидел на крыльце, выпил пиво, вошел внутрь и отрубился. А проснулся только после того, как за мной пришли полицейские.

— Мне кажется, ты чего-то не договариваешь, — заметил Лукас.

Заключенный пожал плечами.

— Больше ничего не было. Сосед, живущий на противоположной стороне улицы, видел, как я сидел на крыльце. Он так и сказал. Копы нашли бутылки из-под пива на ступеньках, но заявили, что это ничего не доказывает.

— Наверное, у тебя был паршивый адвокат, — сказал Лукас.

— Общественный защитник. Он знал свое дело. Но вы же понимаете…

— Да?

Прайс откинулся на спинку кушетки и посмотрел в потолок, словно устал от разговора.