Читаем Ночной убийца полностью

— Вам нужно поговорить с Бобом, он живет в следующей квартире по коридору, — сказала Эмили. Она взяла рулон скотча и коробку, разложила ее, превратив в куб, и оторвала кусок ленты с таким звуком, будто кто-то разодрал простыню. — Он заходил ко мне перед вами.

— Боб дружил с Шармань, — пояснил Грив. — Он был здесь в тот вечер, когда она умерла.

Лукас кивнул.

— Хорошо. И примите мои соболезнования.

— Спасибо. Надеюсь, вы поймаете этих подонков, — сдавленным голосом произнесла Эмили.

— Вы считаете, что вашу мать убили?

— Что-то здесь определенно произошло, — ответила она.

Боб Вуд, худой лысеющий нервный мужчина, тоже был учителем, он преподавал естествознание в Центральной средней школе Сент-Пола.

— Теперь, когда Шармань умерла, нам всем придется отсюда уехать. Город обещал дать денег на переезд, но я не знаю. Цены просто ужасающие.

— Вы ничего не слышали в тот вечер? Совсем ничего?

— Совсем. Я видел Шармань около десяти часов; мы оба отвозили пустые алюминиевые банки вниз, в мусорный бак, и вместе поднимались в лифте. Она собиралась сразу лечь спать.

— Вам не показалось, что она чем-то огорчена?

— Нет-нет, Шармань была в прекрасном настроении, — ответил Вуд. — И я повторю вам то, что уже говорил другим полицейским: когда она закрыла дверь, я слышал, как щелкнул замок. Это можно сделать только изнутри, при помощи ключа. Я знаю совершенно точно, потому что, когда Шармань поставила новый замок, она волновалась, что окажется в ловушке, если, например, начнется пожар. Однажды Черри страшно напугал ее — он просто посмотрел на нее, но этого хватило, — и она стала запирать дверь. Я был здесь, когда взломали замок, так вот, вместе с ним отвалился кусок стены. Там все закрасили, но след остался.

На стене была видна едва различимая заплатка из штукатурки. Лукас потрогал ее и покачал головой.

— Если бы в квартире у Шармань что-то происходило, я бы заметил, — продолжал Вуд. — Между нашими спальнями общая стена, а кондиционер не работает уже несколько дней. Никакого шума не было. Только очень жарко и пугающе тихо. Я ничего такого не слышал.

— И вы считаете, что она просто умерла?

Вуд дважды сглотнул, его адамово яблоко заходило ходуном.

— Господи, я понятия не имею. Если знаешь Черри, можно предположить… Боже мой…

Выйдя на улицу, Лукас и Грив увидели, что по тротуару едет маленькая девочка на крошечном велосипеде. Она упала, подняла велосипед, села и снова упала.

— Нужно, чтобы кто-нибудь бежал за ней, — сказал Грив.

Лукас фыркнул.

— Все так и делают.

— А ты у нас философ!

— В квартирах Вуда и Картер общая стена.

— Да.

— Ты проверил Вуда?

— Проверил. Он считает, что газетные комиксы полны насилия.

— Но тут должно быть что-то. Что можно сделать с общей стеной? Например, вставить иголку и закачать в другую квартиру газ или еще какую-нибудь гадость.

— Слушай, Дэвенпорт, токсикологический анализ ничего не показал, — резко возразил Грив. — Ничего, понимаешь? Если заглянуть в словарь, чтобы узнать, что значит слово «токсикология», ты увидишь там фотографию нашей пожилой леди и надпись: «Не про нее».

— Ладно, ладно…

— Ее не отравили ядом или газом, не зарезали, не застрелили, не задушили и не избили до смерти. Что еще бывает?

— А как насчет электрического тока? — предположил Лукас.

— Хм, и как они могли это проделать?

— Не знаю. Прикрепили провода к кровати, протянули под дверью, а когда она легла — раз, и все готово. Потом они просто вытащили их наружу.

— Ты не обидишься, если я посмеюсь? — спросил Грив.

Лукас оглянулся на дом.

— Дай я еще немного подумаю.

— Но ты не сомневаешься, что ее убил Черри?

— Не сомневаюсь. — Оба посмотрели на лужайку и увидели в дальнем ее конце Черри: тот стоял на коленях около затихшей газонокосилки и что-то делал, наблюдая за ними. — Точно, как в банке.

Подойдя к машине, Лукас взглянул на часы: они провели в доме около часа.

— Коннел разорвет меня на части.

— Да уж, она настоящая заноза, — заметил Грив.

На парковке около участка они столкнулись с Мэй Хайнц, которая садилась в свою машину. Лукас посигналил ей и крикнул:

— Как все прошло?

Хайнц подошла к ним.

— Эта дамочка, офицер Коннел… очень уж она назойливая.

— Что есть, то есть.

— Мы нарисовали портрет, но…

— Что?

Хайнц покачала головой.

— Не знаю, это мое или ее творчество. Понимаете, портрет вышел слишком точным. Я в основном помню того мужчину с бородой, но теперь, когда у нас получилась полная картина, я начала сомневаться. Мне кажется, что все правильно, но, с другой стороны, я не уверена, этого ли человека я тогда видела, или его лицо возникло из-за того, что мы перебрали слишком много разных вариантов.

— А вы посмотрели фотографии в делах маньяков?

— Нет еще. Мне нужно забрать ребенка из садика, но я приеду вечером. Офицер Коннел дождется меня.

Меган была в кабинете Лукаса.

— Господи, где вы были?

— Отклонились от основного маршрута, — ответил Лукас. — Еще одно дело.

— Грив? — прищурившись, поинтересовалась Коннел. — Все-таки рассказал тебе. — Она протянула Лукасу листок бумаги. — Это он. Тот тип.