Читаем Ночной цирк полностью

В глубине одной из полок прячется маленький пузатый флакончик с коротким горлышком и стеклянной крышечкой. Он осторожно берет его в руки. Флакончик оказывается тяжелее, чем он ожидал. Откупорив крышку, Бейли чувствует разочарование: поначалу запах и ощущения остаются прежними. Затем появляется аромат карамели, принесенный дуновением осеннего ветра. Запах шерсти заставляет его почувствовать, будто на нем надето теплое пальто, а шею согревает мягкий шарф. Его окружают люди в масках. Аромат карамели смешивается с дымом костра. А потом – какое-то движение, мелькнувшая перед глазами серая тень. Резкая боль в груди. Ощущение падения. Странный звук: то ли завывание ветра, то ли женский крик.

Встревоженный не на шутку, Бейли закрывает крышку. Не желая, чтобы это стало его последним впечатлением, полученным в шатре, он ставит странный флакончик на полку, чтобы перед уходом выбрать еще один, прежде чем отправляться на встречу с Поппет и Виджетом.

На этот раз он берет одну из стоящих на столе коробочек – деревянную полированную шкатулку с тиснеными вензелями на крышке. Внутри шкатулка обита белым шелком. Бейли слышит запах курящихся благовоний, терпкий и пряный. Он чувствует, как дымок вьется возле его головы. Горячий сухой воздух пустыни. Палящее солнце и мягкий песок. Щеки начинают пылать от жары и от чего-то еще. Прикосновение струящегося шелка к коже. Еле различимые звуки музыки. Не то флейта, не то свирель. И смех. Звонкий смех, сливающийся с музыкой. Сладковато-пряный привкус на языке. Атмосфера роскоши и веселья, а еще чего-то таинственного и чувственного. Ощутив прикосновение чьей-то руки к плечу, он вздрагивает от неожиданности и захлопывает крышку.

Ощущение моментально покидает его. Под мерцающими на потолке звездами рядом с Бейли нет ни души.

Он решает, что с него довольно, и осторожно, стараясь не задеть ни одной из склянок, пробирается к выходу.

Снаружи он останавливается и, сам не зная зачем, поправляет подвешенную на ленте табличку, чтобы ее было лучше видно. Изображение спящего под звездным небом ребенка в колыбели теперь бросается в глаза, но трудно сказать, тревожные или приятные сны ему снятся.

Бейли пускается в обратный путь, чтобы отыскать Поппет и Виджета, гадая, не согласятся ли они заглянуть на главную площадь и перекусить чего-нибудь.

До него доносится запах карамели, и он внезапно понимает, что на самом деле не успел проголодаться.

Он бредет по извилистым тропинкам, погруженный в мысли о сосудах, полных тайн. Свернув за угол, он натыкается на постамент с замершей на нем живой статуей, но это не та заснеженная женская фигура, которую он видел раньше.

Бледная кожа женщины поблескивает, словно перламутр; длинные черные волосы, перевитые множеством серебристых ленточек, спадают на плечи. Бейли кажется, что ее белое платье украшено черной узорной вышивкой, но, подойдя ближе, он понимает, что на самом деле черные узоры – это написанные на ткани слова. Когда он подходит так близко, что может их прочесть, он узнает в них любовные письма, написанные от руки. Слова нежности и любви обвивают ее талию и струятся по ниспадающему с постамента подолу.

Статуя стоит неподвижно, но ее рука вытянута вперед. Только теперь Бейли замечает, что напротив стоит девушка в красном шарфе: она протягивает окутанной облаком любовных писем статуе пурпурную розу.

Движение настолько трудноуловимое, что почти неразличимо для глаз. Медленно, чрезвычайно медленно статуя принимает розу из рук девушки. Статуя раскрывает ладонь, и девушка терпеливо ждет, когда она вновь сомкнет пальцы на тонком стебельке, и отпускает цветок, лишь убедившись, что он уже не может упасть.

Кивнув на прощание статуе, девушка скрывается в толпе.

Статуя держит розу в руке. На фоне белого с черным платья цветок кажется ярче прежнего.

Бейли все еще глазеет на статую, когда Поппет хлопает его по плечу.

– Это моя любимая, – говорит Поппет.

– Кто она? – спрашивает Бейли.

– У нее много имен, – объясняет Поппет, – но чаще всего ее называют Парамур – влюбленная. Я рада, что сегодня ей подарили розу. Я и сама иной раз это делаю, если у нее нет цветка. Когда его нет, мне кажется, что ей чего-то не хватает.

Статуя медленно поднимает розу к лицу. Веки неспешно опускаются.

– Что ты делал, пока нас не было? – спрашивает Поппет, пока они идут от Парамур к главной площади.

– Я наткнулся на шатер с кучей склянок и всякой всячины, но я не уверен, что мне можно было туда заходить, – начинает рассказывать Бейли. – Там было… как-то странно.

К его удивлению, Поппет заливается смехом.

– Это шатер Виджета, – объясняет она. – Селия специально устроила это место, чтобы он мог хранить свои истории. Виджет утверждает, что это гораздо проще, чем их записывать. Кстати, он сказал, что хочет немного поглазеть на людей, покопаться в чужом прошлом, так что мы встретимся с ним попозже. Он время от времени так делает, чтобы пополнить свою копилку. Скорее всего, мы найдем его в Зеркальной комнате или в Чертежном зале.