Читаем Ночной стрелок полностью

Беднов не зря выбрал это место для проживания — район располагался очень близко от центра города, но по праву мог считаться тихим. В округе почти сплошь стояли старинные домики в один-два этажа, с маленькими двориками и деревянными воротами. Только с одной стороны почти вплотную к забору Беднова выходила глухая стена кирпичной пятиэтажки. Район был не слишком хорошо освещен, зато щедро озеленен, и при необходимости здесь легко было затеряться среди теней и заборов.

Пока я присматривалась к обстановке, в переулке появился черный «Мерседес» и, остановившись перед железными воротами, повелительно прогудел три раза. Его пропустили во двор, и ворота снова закрылись. По-видимому, Беднов вернулся домой с работы.

Я не торопилась уходить, рассчитывая, что первым делом он проверит автоответчик и что-нибудь там обнаружит. Но минута шла за минутой, а мой телефон по-прежнему молчал. Во мне никто не нуждался.

Прождав около получаса, я уже собиралась уходить, как вдруг снова загремели, открываясь, ворота, и на тротуаре появилась энергичная женская фигурка. По гордой осанке и платиновым волосам я без труда угадала в ней Ангелину Ивановну. Выпрямив спину и почти не размахивая руками, она направилась по переулку к проспекту. В руках у нее был полиэтиленовый пакет.

Она несомненно трудилась не за страх, а за совесть — на часах уже была половина десятого. Вероятно, она очень устала и торопилась домой, в свою симпатичную квартирку на набережной. Несмотря на это, я решила побеседовать с ней сейчас. А может быть, именно поэтому — усталому человеку гораздо труднее врать, чем отдохнувшему.

Я догнала Ангелину Ивановну уже за углом и окликнула по имени. Она остановилась, резко развернулась и недоверчиво всмотрелась в мою фигуру.

— Добрый вечер, Ангелина Ивановна! — с улыбкой сказала я. — Вы меня не узнали?

— Я всегда узнаю человека, если хотя бы раз его видела! — с некоторым вызовом ответила она. — Просто я удивлена, что вы здесь…

— А где же, по-вашему, я должна быть? — спросила я. — Вот, осматривала окрестности и увидела вас…

— Андрей Борисович поручил вам следить за мной? — неприязненно поинтересовалась Ангелина Ивановна, поджимая губы.

— Ну, что вы! — воскликнула я. — С чего вы это взяли? Говорю же, я увидела вас случайно и решила поздороваться. Мне пришло в голову, что, может быть, вы вспомните что-нибудь интересное…

— Из какой области? — неприятным голосом подхватила Ангелина Ивановна. — Знаете, девушка, давайте заниматься каждый своим делом! У меня был трудный день, и теперь я спешу домой. Мне хочется отдохнуть и отвлечься…

— Я могла бы проводить вас до дома, — предложила я. — И мы бы поговорили по дороге…

— Вы на меня не обижайтесь, — высокомерно сказала Ангелина Ивановна, — но разговаривать с вами я не стану. Разве что в присутствии Андрея Борисовича. Терпеть не могу, когда мои слова переворачивают у меня за спиной! Поверьте, я уже не раз обжигалась на этом, но теперь стала умнее! Так что вынуждена вас разочаровать — разговора у нас с вами не получится!

— Но я вовсе не собиралась выведывать у вас какие-то интимные подробности! — возразила я. — У меня чисто деловые вопросы…

— Все! Разговор окончен! — Ангелина Ивановна была непоколебима.

Она холодно кивнула мне, повернулась и пошла по улице, стуча каблучками. Со спины она выглядела просто прекрасно. Какие, должно быть, муки испытывает она, глядя на себя в зеркало!

Но на меня ее неприступность не произвела особого впечатления. Наоборот, я решила не отступать. Эти люди все словно сговорились хранить полное молчание! Вокруг этой несчастной собаки было больше тайн, чем вокруг собаки Баскервилей.

Как ни в чем не бывало, я отправилась следом за Ангелиной Ивановной. Мы вышли с ней к городскому скверу, обогнули его и остановились под легким навесом троллейбусной остановки. Здесь никого не было, кроме целующейся парочки. Ангелина Ивановна довольно нервно обернулась ко мне и полушепотом сказала:

— Я не совсем понимаю… — В голосе ее слышалось еле сдерживаемое возмущение.

— Вы можете не разговаривать со мной, — резонно заметила я. — Но вы же не можете запретить мне пользоваться городским транспортом, согласитесь!

Ангелина Ивановна с негодованием отвернулась от меня и стала ждать троллейбуса, теребя пальцами ручки своего пакета. Я спокойно стояла рядом, невозмутимо поглядывая на нее.

Подошел троллейбус, ярко освещенный и почти пустой. Парень с девушкой запрыгнули в заднюю дверь, мы с Ангелиной Ивановной прошли в среднюю. Взяв билет, я уселась на сиденье поближе к выходу и предложила Ангелине Ивановне присесть рядом. Она посмотрела на меня презрительно и независимо и осталась стоять. Так мы доехали до конечной остановки.

Несмотря на свой независимый вид, Ангелина Ивановна была явно обеспокоена моей назойливостью. В окне троллейбуса отражалось ее лицо, и я несколько раз видела, как она бросала на меня тревожные взгляды — вернее, на мое отражение. Должно быть, она всерьез опасалась, что я и дальше намерена вторгаться в ее частную жизнь.