На траве лежала Диана и из раны в ее сердце текла кровь. Невдалеке лежал его дядя, с пробитым черепом. Должно быть второй стреляла она.

Но это не имело значения.

Подбежав к ней, он опустился на колени и приподнял ее голову.

— Диана, господи.., ответь, прошу тебя…

Но она молчала.

Не раздумывая, он ударил несколько раз ее по лицу. Несколько секунд никакого результата, но потом ее глаза медленно открылись.

Холодные капли дождя падали на ее лицо, но она не ощущала этого, она уже не ощущала боли, исходившей из груди. Она не ощущала ничего. Ничего, кроме того, что ей нужно открыть глаза.

— Тони… Я знала, что ты придешь… Я знала, что смогу попрощаться…с тобой… Я люблю…

Боль пронзила все существо Дианы и вскрикнув последний раз, она опустила голову, так и не договорив слова, которые вынашивала так долго.

— НЕТ, ГОСПОДИ, НЕТ.

Тони поднял неподвижное тело и прижал его к груди. Раскачиваясь из стороны в сторону, он сердцем отрицал то, что понимал мозг.

— Нет.

Его слезы смешались с каплями дождя, холодным потоком падая на землю, красную от пролитой крови.

— Нет.

Шептал он, обращаясь неизвестно к кому.

Ночной Лебедь спел свою лебединую песню.

Эпилог

Слезы подступили слишком близко, и Мари отвернулась, чтобы их никто не заметил. Даже сейчас, по прошествии стольких лет, при воспоминании о том дне, слезы норовили выплеснуть наружу.

— Мари?

Стефани подбежала к ней и обняла. Она знала, что ей сейчас не по себе и пыталась поддержать ее, как могла. В свои пятнадцать лет она была не только прекрасна, но и очень сообразительна. К тому же она всегда чувствовала перемены настроения у близких ей людей.

Алекс тоже встал со своего места.

Подойдя почти вплотную к Мари, он посмотрел на нее с высоты своего роста. Как и любой ребенок, он считал, что в девять лет он ничем не уступает взрослым. И как любой будущий мужчина, знал, когда нужно утешить женщину.

— Не расстраивайся, Мари. Все в порядке.

Мари подняла на него свои глаза и улыбнулась, не смотря на жгущие глаза слезы. Этот маленький сорванец, который уже чертовски красив, в будущем разобьет не одно сердце. Даже сейчас он ведет себя так, будто всю жизнь только тем и занимался, что утешал женщин, а что же будет потом, когда он вырастет?

— Лучше расскажи, что было потом?

Вот и утешил. Она готова была рассмеяться его детской непосредственности.

— Дальше…

— Да, что было дальше? — настырно подгонял он ее, желая узнать конец ее рассказа.

— Да, Мари, что же было дальше?

Улыбаясь и держа на руках Кристофера, сына Мари, Диана подошла к детям, ожидая продолжения рассказа.

— Мама!

Алекс сорвался со своего места и, подбежав к матери, обнял ее , выжидающе уставившись на нее. Диана рассмеялась и, наклонившись, поцеловала подставленную щеку. Взъерошив волосы на его головке, она посмотрела на Мари, ободряюще улыбнувшись ей.

Мари кивнула и продолжила.

— Тони поднял раненную жену и понес ее к ожидавшим их лошадям. Когда Ричард заметил, в каком состоянии находиться Диана, ему стало не по себе. Вдвоем они доставили ее домой и, не долго думая, Ричард начал операцию. Как он потом сказал, еще хотя бы на два миллиметра ниже, и она бы не дожила до дому. Но спустя четыре дня, никто уже и не знал, что было бы лучше, умри она сразу или нет. Все эти дни ее не оставляла лихорадка, она ни разу не пришла в себя. Все уже отчаялись окончательно, ведь даже воду она проглатывала с трудом. Тони был не в лучшем состоянии, чем она, будто бы его тоже ранили. Но на пятый день она открыла глаза и на испытующие взгляды всех собравшихся промолвила одно единственное слово: «жива».

Мари закрыла глаза, как будто бы пережила все те события заново.

— Мама, а то, что рассказала Мари, правда?

Алекс упрямством ничем не отличался от родителей и потому верил только их словам.

— Да, Алекс, правда.

Он задумчиво отвернулся, а потом неожиданно развернулся и упрямо направился к дому. Молча пройдя возле бабушки и дедушки, он все шел к дому.

— Алекс?

Окликнула его Диана.

Он вопросительно обернулся.

— Что-то случилось?

— Нет, мне просто нужно поговорить с папой.

Снова отвернувшись, он побежал к дому.

— Что это с ним?

Кетрин подошла к дочери и вопросительно посмотрела на нее. Федерико подошел сзади и слегка обнял ее за талию. После свадьбы они редко расставались.

— Ничего, он просто хочет поговорить с Тони.

— А почему он нас даже не заметил? — спросил в свою очередь Федерико.

— Он задумался.

— Его я понимаю еще меньше, чем тебя, Диана.

— Главное, что его понимаю я.

Она передала Кристофера матери и посмотрела в сторону дома. Она обрела свой смысл жизни и теперь не собиралась его терять.

— Мама — Стефани подошла к ней поближе. — можно я покатаюсь верхом?

— Конечно. Только переоденься.

— Хорошо.

И она неспешной походкой направилась в дом, на прощанье пожелав всем хорошего дня.

— Она так похожа на Терезу.

Федерико посмотрел вслед внучке.

— Да. Очень похожа.

И Диана знала это лучше кого-либо другого. Знала она также и то, что характер, в отличие от внешности, она взяла от отца.

* * *

— Мне нужно встретиться с леди Дианой Олбрайт.

— Позвольте узнать Ваше имя, сэр.

— Оно Вам ничего не скажет.