Читаем Ночь роя полностью

Я отпер дверь & широко ее распахнул. Его Мерзость (как Роуз называл Шаггата) стоял посреди комнаты, одетый только в тряпку, прикрывающую его половые органы, & держал в руках большую & грязную книгу. Массивная цепь приковывала его лодыжку к стойке. Чедфеллоу надел латунный колпачок на обрубок его левой руки. Ногти на правой руке были длинными & желтыми, как крысиные зубы. Он свирепо смотрел на меня. Казалось, он каким-то образом нас ожидал.

Неда первой вошла в комнату. Но прежде чем войти, она плюнула на порог, растерла плевок ботинком & произнесла нараспев несколько слов на мзитрини — заклинание или проклятие.

— Это он, — сказал я Жесткошеему. — Твое воплощение дьявола, человек, которого ты больше всего ненавидишь.

Жесткошеий посмотрел на меня, шокированный.

— Лжец, — сказал он. — Шаггат утонул сорок лет назад. Почему вы, арквали, настаиваете на распространении этой лжи?

Мы гуськом вошли внутрь. Рука Неды лежала на рукояти ножа. Она посмотрела на Шаггата с отвращением, которое преобразило ее хорошенькое личико. Шаггат не двигался, но его глаза, как у марионетки, следили за каждым нашим движением. Я нашел его спокойствие почти таким же обескураживающим, каким был его кипящий гнев. Затем эти глаза обратились на меня.

— Тюремщик, — сказал он, — ты принес мне Камень?

Сиззи окружили его, бормоча что-то, не в силах отвести взгляд. Неда заговорила с ними на их родном языке & указала на татуированную шею Шаггата.

— Она говорит правду, — сказал Герцил. — Наш корабль должен был доставить Шаггата на Гуришал, чтобы он снова повел свою толпу против вас. Нас было меньшинство на этом корабле, но мы с самого начала сражались с их коварным планом.

— Никто не сражается со мной, — сказал Шаггат. — Люди & боги, мурты & демоны: все они — мои орудия. Я использую их & ломаю, как мне заблагорассудится. Как я сжег заживо армию короля Морлаха & заморил голодом его войско, сохранив только дочерей на радость моему легиону, так будет & в этом королевстве. И вы, мечтающие противостоять мне, противостоять своему Живому Богу, будете страдать первыми & дольше всех.

Я увидел, как во взглядах сиззи зарождается вера. Вера, ярость & что-то еще, что я пока не мог определить. Они держались на расстоянии. Когда Неда заговорила с ними, они быстро покачали головами.

— Вы приближаетесь к Гуришалу, — сказал безумный король, — но я лечу перед вами. Я уже прикоснулся к своему народу, разбудил его гнев, убил малодушных, вознаградил смелых. Я есть там, в каждой деревне & в каждом городе. Тебе не сбежать от меня, тюремщик. Весь Алифрос принадлежит мне.

Я прочистил горло:

— Послушайте, коммодор, я полагаю, что этот человек должен быть в ваших руках...

Жесткошеий оборвал меня, его голос был странным & тонким:

— Он называет вас тюремщиком — это что-то вроде надзирателя, да? Все это время вы тайно держали этого монстра. Это правда. Ваша порочность превосходит наши самые смелые представления о вас.

— Пришел холод & темнота! — внезапно прогремел Шаггат. — Мой гнев вызвал их & поглотит вас.

— О, заткнись, это не твоих рук дело, — сказал я.

Глаза Шаггата все еще были прикованы к моему лицу.

— Я давно не видел тебя на коленях, — сказал он.

— Ты никогда этого не видел, старая трюм-швабра.

— Тюремщик, — сказал он, — я собираюсь раскроить тебе череп, пригвоздить тебя, корчащегося, к земле колом, вспороть тебе живот & влить обжигающий...

Неда испустила орлиный клик. Она высоко подпрыгнула, развернувшись в воздухе, как храмовая танцовщица, &, опустившись на землю, вонзила свой нож ему в грудь.

Шаггат слегка кашлянул, демонстративно закрыл глаза & замертво упал вперед. Раздался грохот — он вывихнул челюсть.

— Партха, дело сделано, — сказала она.

Герцил первым пришел в себя, прыгнув между Недой & сиззи. Я не знаю, чего он ожидал, но их реакция ошеломила всех, кроме Неды. Они побежали. Даже командир бросился к двери с неприкрытым страхом в глазах. Только тогда, спустя столько времени, я осознал силу культа Шаггата. Эти люди всегда ненавидели его & все, за что он выступал. Они все поклялись бы своими бабушками, что он давным-давно умер — такова была официальная версия их веры. Но они все еще его боялись. Они все еще думали, что он может быть богом или дьяволом. Они ожидали, что нас всех убьют прямо здесь, в хлеву.

— Стойте, стойте! — проревел Герцил. — Клянусь Невидимым, которого вы почитаете, проявите мужество! Он был человеком, не более того, а теперь он мертв!

Солдаты уже были за дверью. Но Жесткошеий поднял руки & схватился за дверной косяк, как будто сдерживая себя грубой силой. Мгновение он боролся там, затем резко повернулся & уставился на труп.

— Ваша сестра убила Шаггата Несса, — сказал Герцил.

Мужчина дрожал, обливаясь потом. Я не думал, что он когда-нибудь обретет свой голос. Но, наконец, он посмотрел на меня & заговорил.

— Забальзамируйте его. Сейчас, очень быстро. Вы можете это сделать?

— Мы справимся, — сказал я.

— И нож: не чистите его! Его кровь, его кровь должна остаться там & высохнуть.

— Я пошлю за гробом.