Читаем Ночь поцелуев полностью

Он прислонился лбом к холодной каменной стене. Сердце настойчиво барабанило в груди, призывая вернуться, распахнуть дверь, заключить Кейт в объятия… Но она ему не принадлежала. И не могла принадлежать. Холодная правда медленно просачивалась в кровь подобно адскому ледяному дождю, описанному великим Данте в «Божественной комедии».

Он не имел права сделать Кейт своей из-за этого замка, который требовал денег, денег и еще раз денег. И именно по этой причине сейчас приходилось через силу тащиться вниз, в парадный зал, навстречу осыпанной золотыми рублями княжне Татьяне.

А спустя пару минут он будет вынужден приклеить улыбку и источать любезности во время обеда, а потом танцевать — два раза. И завтра вместе с ней открывать бал.

Свадьба должна состояться в течение месяца… если все будет хорошо. Разумеется, все будет хорошо. Как же иначе?

Но в его распоряжении еще оставалась ночь. Последняя ночь.

Придется высидеть за обедом в течение двух блюд, а потом можно будет что-нибудь придумать и вернуться в башню, к Кейт. На губах появилась улыбка. Да, у него есть планы.

Бервик увидел, что брат спускается по лестнице, и закрыл дверь гостиной.

— Где, черт возьми, тебя носит? Княжна приехала уже час назад. Ты должен был ее встречать! — набросился он на него с упреками. — Ее дядюшка был крайне недоволен.

— Извини, — пробормотал Гейбриел.

— Князь Дмитрий выглядит очень сдержанным, и все-таки воспринял твое отсутствие как публичное оскорбление. Что ты себе позволяешь?

— Постараюсь вымолить прощение.

Бервик с подозрением прищурился.

— И что же, даже не хочешь спросить, как выглядит невеста?

Гейбриел на мгновение задумался и покачал головой.

Дворецкий что-то пробормотал себе под нос, а потом оповестил:

— Князь Дмитрий и его племянница прекрасно говорят по-английски. Компанию вам составит княгиня Софонисба. Княгиня Мария Тереза решила остаться у себя.

— Черт возьми, неужели и правда тетушка Софонисба? — Гейбриел не смог скрыть отчаяния.

— Она так накрасила глаза, что вряд ли сможет разглядеть, что лежит в тарелке, — успокоил Бервик. — А сейчас накачивается бренди. — Он перешел на шепот: — Что ты сделал с Кейт?

— Ничего особенного. Сидит в моей комнате и читает. Всего лишь читает.

— В жизни не мог представить, что ты на такое способен. — В голосе Вика послышалась ярость. — Не будь ты моим братом, я бы не остался в твоем доме ни дня.

— Я не делаю ничего предосудительного, — процедил Гейбриел сквозь стиснутые зубы. — Ради Бога, неужели ты думаешь, что я способен лишить Кейт невинности? За кого ты меня принимаешь?

— Не кричи. По этой лестнице может пройти кто угодно, — оборвал Бервик. — Если это не так, что же мисс Долтри делает в твоей комнате?

Гейбриел принялся натягивать перчатку.

— Я же сказал, читает. И больше ничего.

Бервик едва не взорвался от гнева:

— Прекрати!

— Так случилось, — тихо заговорил Гейбриел. — Я наконец-то встретил ту, о которой мечтал всю жизнь. Да, встретил. А сейчас иду знакомиться с будущей женой.

Бервик застыл в изумлении.

— Нет.

— Такова жизнь, брат, — продолжал принц, натягивая вторую перчатку. — Она не всегда справедлива. Ты должен узнать первым. Если тебя интересуют подробности, могу рассказать. Кейт понимает, почему я должен жениться на Татьяне. Семь последних лет, после смерти отца, она провела в бесконечной работе на мачеху — насколько мне удалось понять, всего лишь потому, что не смогла бросить слуг и арендаторов на произвол судьбы.

— Так женись на ней. Перевези сюда слуг, пусть живут у нас.

— Нам бы как-нибудь льва прокормить. — Принц поправил шпагу. — Не обращайся со мной как с влюбленной девицей. Единственный выход — жениться на мешке с деньгами. Именно это я и собираюсь сделать.

— Не спеши, — предупредил Бервик. — Справимся своими силами.

— Но как обеспечить всех? Кто будет оплачивать бренди для Софонисбы, мясо для льва, свечи, уголь на зиму?

— Фермы арендаторов, — уверенно ответил Бервик.

Гейбриел покачал головой.

— Я провел над бухгалтерией немало ночей. Да, со временем фермы действительно будут приносить доход. Но прежде необходимо привести их в порядок. Крыши протекают, колокольня в деревне обрушилась еще в прошлом году. Насколько мне известно, дети недоедают. К тому же, если я разорву помолвку, придется заплатить неустойку. А где взять деньги?

Они едва успели войти в гостиную, как двери снова распахнулись и дворецкий торжественно объявил:

— Ее светлость княжна Татьяна. Его светлость князь Дмитрий.

Гейбриел расправил плечи и повернулся навстречу судьбе.

Татьяна остановилась у входа. На ней было очаровательное платье из кремового шелка, расшитое нежными цветами. Большие влажные глаза смотрели внимательно и в то же время приветливо, розовые губки выглядели безупречными лепестками. Вся она напоминала сладкий десерт из клубники и сливок: гладкая молочно-белая кожа, темные блестящие локоны.

Гейбриел шагнул навстречу и поклонился: гостья присела в грациозном реверансе. Принц поцеловал фарфоровые пальчики и в ответ получил немного застенчивую, но дружелюбную улыбку.