Читаем Ночь ястреба полностью

— Понятно, понятно, сержант, — оборвал его Снайдер. Похоже, этот парень слишком долго проторчал в этой канализации, подумал он. — Но нам надо забрать с собой убитых и раненых. Думаете, все-таки удастся?

— С ранеными это займет много времени, сэр, часа три-четыре. Там не очень грязно, после зимы канализацию чистили, но все же лучше будет завернуть раненых в одеяла или мешки для переноски трупов. Да, сэр, я думаю, удастся.

— Хорошо, — решил Снайдер. Он задумался, внезапно испугавшись путешествия через весь город по узкой темной трубе, проходящей в нескольких ярдах под землей, но мысль о грозных штурмовых вертолетах пугала еще больше. — Мы воспользуемся канализацией, но не все, — объявил он. — Противник будет ожидать от нас прорыва в посольство, и если он не заметит никакой активности на улицах, то начнет искать нас в других местах. А я не намерен принимать бой в этой чертовой канализации. Мы разделимся. Мертвые, тяжело раненные и некоторые морские пехотинцы отправятся в посольство на машине. Их будут прикрывать другие морские пехотинцы, которые тоже поедут на машинах, но по параллельным улицам. Ходячие раненые и остаток группы воспользуются канализацией, это касается и пленного и документов. — Снайдер повернулся к генералу Пальсикасу, который выслушивал сообщение своего нового радиста. А старого нигде не было видно. — Сэр, а где ваш старый радист?

— Погиб, — ответил Пальсикас. — Он закрыл меня своим телом во время воздушного налета.

— Мне очень жаль, сэр. — Сейчас Снайдеру было очень трудно выразить свои истинные чувства. За этот день он увидел столько смертей, сколько, как сам думал, не увидит за всю жизнь. — Мы снова попытаемся вырваться из «Физикоуса» на машинах, но на этот раз мне бы хотелось иметь три колонны, которые пойдут параллельными улицами, защищая друг друга с флангов.

— Согласен, — ответил литовский генерал. — Мы поддерживаем связь со многими людьми... горожанами... они нам помогут.

— Отлично. А каковы ваши намерения, сэр?

— Мы останемся. Начнем разбирать арсенал и переправлять оружие нашим подпольным группам в городе. Сейчас я держу связь со своими отрядами по всей стране, поэтому могу руководить обороной непосредственно отсюда. Один батальон я послал с задачей блокировать армейскую базу СНГ в Даргусяе; это к югу от Вильнюса, и они могут в первую очередь угрожать столице. Одна, может быть, две роты будут охранять здание парламента, а мы вступим в бой с белорусскими вертолетами и пехотой с базы Сморгонь. С утра начнется серьезный бой.

— Желаю вам удачи, сэр. Я передам в посольство США любую вашу просьбу, а также представлю полный отчет о той помощи, которую вы оказали моему отряду.

Пальсикас махнул рукой:

— Вы помогли мне, я помог вам. Вы отличный солдат. Я тоже желаю вам удачи.

— Благодарю вас, сэр. — Снайдер повернулся к сержанту Тримблу: — Доставай карты и...

— Капитан, мы не пойдем с вами, — раздался голос Джона Ормака.

Снайдер резко повернулся в сторону офицеров ВВС, наградил Ормака суровым взглядом, но произнес таким тоном, словно не слышал слов Ормака:

— Вы пойдете со мной, Ормак.

— Генерал Ормак, капитан. — Несколько морских пехотинцев окружили их, желая послушать, чем кончится этот разговор, и даже Пальсикас, на лице которого появилась легкая довольная улыбка, перенес свое внимание на Ормака. — И я говорю вам, капитан, что мы не станем возвращаться вместе с вами в посольство. Во всяком случае — пока не станем.

Теперь Снайдер по-настоящему разозлился, а Тримбл выглядел даже в два раза злее своего командира.

— У вас нет выбора, генерал. Вы приписаны к моему отряду и не имеете права принимать решения.

— А теперь я пользуюсь своим правом старшего по званию, — возразил Ормак. — Вам было приказано проникнуть в «Физикоус», разыскать Краснохвостого Ястреба и позволить нам разобраться с секретными документами. Краснохвостый Ястреб найден, но мы еще не увидели того, что нам надо увидеть. И поскольку генерал Пальсикас остается в «Физикоусе», то и мы остаемся. Нам нужно осмотреть бомбардировщик-"невидимку" «Туман».

— И вы пытаетесь объяснить мне, какие у меня были приказы? — не веря своим ушам переспросил Снайдер. — Нет, черт побери, Ормак! Я командую операцией и принимаю решения. Я приказал уходить, и вы уйдете. И если для этого я буду вынужден надеть на вас наручники и связать, то я это сделаю. И можете по возвращении домой жаловаться любому начальству, но если я успешно завершу эту операцию, то никто не посмеет даже упрекнуть меня. А теперь собирайте свои чертовы секретные документы и готовьтесь к марш-броску.

— Я в последний раз заявляю вам, Снайдер: мы остаемся. — Ормак посмотрел на Макланана, Бриггса и Люгера, они отделились от группы морских пехотинцев и направились к бетонированной стоянке перед ангарами. — Мы будем в третьем ангаре осматривать бомбардировщик...