Читаем Ночь ястреба полностью

Экипажи белорусских вертолетов берегли ракеты для БТРов и тяжелых грузовиков. Целились тщательно. Через секунду после каждого пуска ракеты раздавался громкий взрыв и треск разламывающегося металла. Отвечать огнем из автоматов или винтовок было бесполезно, да и опасно. Огромные вертолеты двигались как боксеры-профессионалы: подпрыгивали, ныряли вниз, кружились, поворачивали, делали выпады вперед и отскакивали назад, ведя огонь сначала из пулеметов, установленных у дверей, потом из носовой пушки, потом ракетами и далее, для острастки, снова из пулемета другой двери.

Экипажи этих вражеских вертолетов были опытными. Очень опытными.

Литовским солдатам с трудом удавалось не допустить просто односторонней кровавой бойни. У них осталась всего одна действующая зенитная установка ЗСУ-23-4, да и боеприпасов к ней было мало, но двухсекундной очереди из этого смертоносного оружия оказалось достаточно: очередью разнесло втулку хвостового винта головного вертолета, и из машины повалил дым. Повреждение явно было серьезным, потому что Ми-24 даже не попытался атаковать ЗСУ-23-4, а вильнул в сторону и набрал высоту, стараясь отлететь как можно дальше.

Какой-то литовский солдат побежал через дорогу невдалеке от того места, где прятались Уол, Бриггс, Макланан, Ормак и Люгер. Макланан высунулся из-за стены здания и закричал:

— Эй! Сюда!

Сержант Уол схватил Макланана за куртку и потянул:

— Назад, Макланан.

Но предостережение Уола опоздало. Второй вертолет заметил солдата, и заработала его пушка. Туловище солдата разлетелось, как гнилая тыква от удара бейсбольной биты.

Вертолет отвернул влево и перенес огонь на здание ремонтной мастерской, за стенами которой прятались американцы. От снарядов пушки здание начало разваливаться, словно замок из песка.

Уол схватил всех троих офицеров ВВС и закричал сквозь шум винтов вертолета:

— Бежим!

Макланан в силу привычки машинально схватил два брезентовых мешка с документами, но Уол вырвал мешки у него из рук и с неожиданной силой, подкрепленной страхом, оттолкнул Макланана от здания и заорал:

— Бросайте эти чертовы мешки и бегите!

Плоды их скоротечной, но интенсивной подготовки в лагере морских пехотинцев дали себя знать. Офицеры ВВС еще никогда в жизни не бежали так быстро, несмотря на то что им приходилось нести Люгера.

Здание мастерской исчезло в слепящем облаке дыма, вслед убегающим полетели осколки дерева и кирпича. Потоки воздуха от лопастей второго вертолета буквально захлестнули американцев. Казалось, что вертолет завис прямо над ними, пули пролетали над головами, ударяясь в землю впереди, но они продолжали двигаться зигзагами, не зная, да и не заботясь о том, куда бегут. А пулеметчики как будто играли с ними в кошки-мышки, но когда они устанут от этой игры, то возьмутся за дело как следует, и все будет кончено.

Их бегство в поисках укрытия оказалось недолгим: на пути оказался глубокий и широкий бетонированный ров, примыкавший к высокой ограде. Кто осторожно, а кто просто кубарем — но все полетели в ров. Падение лишь слегка смягчили несколько дюймов воды и грязи. А на другой стороне рва поднималась вверх на двадцать футов стена из упрочненного бетона — ловушка.

Огромный Ми-24, летевший на высоте двадцать — тридцать футов, медленно двинулся прямо на американцев.

Пулеметчики, стрелявшие из дверей вертолета, просто не могли промахнуться...

— Нет! — закричал Бриггс: Он поднял винтовку, прищурился от пыли, вздымаемой лопастями вертолета, и выстрелил. Пулеметчик правой двери схватился за грудь, отшатнулся назад, а потом рухнул вперед и повис на страховочных ремнях.

Вертолет накренился и взревел так угрожающе, что казалось, сейчас он высосет весь воздух из их легких.

Бриггс продолжал стрелять, пытаясь поразить хвостовой винт, двигатель или какой-либо другой жизненно важный для вертолета узел.

Вертолет отвернул влево, развернулся, снова отвернул, словно пилот не знал, что предпринять, а затем полетел на восток. Через несколько минут за ним последовал и второй вертолет, и они оба скрылись в лучах восходящего солнца.

Несколько секунд американцы тяжело дышали, приходя в себя, прежде чем предпринять попытку двинуться дальше.

— Господи... ох, Боже мой, — произнес Бриггс, хватая ртом воздух. — Парни, а ведь он был так близко.

— Отличная стрельба, Бриггс, — похвалил Уол. — И смелости вам не занимать. Отныне можете самостоятельно открывать огонь, если почувствуете в этом необходимость. Ладно?

Бриггса еще трясло, и он промолчал.

— Остальные все целы? — поинтересовался Уол. Никто не пострадал, не считая ушибов на руках и ногах. Все были готовы двигаться дальше. — Отлично. Надо как можно быстрее вернуться к зданию конструкторского бюро и...

— Стой! — раздался позади окрик по-русски. — Не двигаться! Не двигаться!

Дэйв Люгер моментально замер и вскинул руки за голову.

— Что он сказал? — спросил Ормак. — Кто это?

— Он сказал «стой» и «не двигаться», — пояснил Уол. — Бриггс, бросьте винтовку и поднимите руки.