Читаем Ночь ястреба полностью

Уол замолчал и посмотрел на троих своих подопечных. Макланан слушал его внимательно, но по глазам молодого офицера Уол понял, что думает он сейчас не о выживании или драке, а о том, как спасти своего товарища. Бриггс — и сержант не сомневался в этом — понял все, что он сказал, его подготовка дошла уже до той кондиции, когда человек просто механически пользуется искусством убивать. А Ормак, безусловно умный и старательный, просто не годится для такого дела. Наверное, генерал мог объяснить с точки зрения физики, как действует винтовка М-16, но непосредственно к убийству явно питал отвращение. В ходе операции Ормака придется прикрывать и подсказывать ему, что делать. И, хотя спецназ морской пехоты не привык с кем-то няньчиться, никуда от этого не денешься.

В это время к ним подошел один из сержантов Уола, он принес распечатку компьютера с сообщением. Уол прочитал, глубоко вздохнул и протянул сообщение Ормаку.

— Получен приказ, — объявил Ормак. Голос его прозвучал напряженно и хрипло, похоже, у него постоянно пересыхало в горле. — Операция начинается завтра ночью.

— А это означает, джентльмены, что верховное командование дало нам разрешение действовать, — тут же добавил Уол. — Но это отнюдь не разрешение, и я подчеркиваю это, делать что-либо, к чему мы не готовы. Я подготовил вас, насколько смог за отведенное мне время. Многие часы вы посвятили изучению теории и практическим тренировкам, но окончательное решение об участии в операции остается за вами.

— Значит, мы участвуем в ней, — решительно заявил Макланан, убирая свой нож.

Ормак поднялся и посмотрел на сообщение так, словно у него имелись глаза и оно тоже смотрело на генерала. Он ничего не ответил, просто смотрел на лист бумаги, но Уол понимал, что на самом деле Ормак сейчас смотрит внутрь себя, оценивая свои возможности. Перед ним встал вопрос, на который ему не хотелось отвечать. Когда генерал поднял взгляд и посмотрел на остальных, он просто молча кивнул, но было ясно, что он счел себя готовым. И, по мнению Уола, совершенно правильно сделал.

— А вы считаете — мы готовы? — спросил у сержанта Бриггс.

— Считаю ли я вас готовыми для участия в такой операции в составе группы спецназа морской пехоты? Ни в коем случае. Для этого требуются месяцы подготовки и годы практики. Считаю ли я, что вы сможете действовать наравне с моими парнями? Нет. Вы в плохой форме и не имеете опыта. Но считаю ли я, что моя группа сможет провести вас на вражескую территорию? Да. Считаю ли я, что если нам удастся нейтрализовать противника, то вы сможете действовать на вражеской территории и выполнить свою задачу? Да. Считаю ли я, что мои морские пехотинцы смогут вывести вас назад после выполнения задания? Да. — Помолчав, Уол добавил: — Думаю, наши с вами мнения здесь совпадают. За последние несколько дней вы кое-чему научились. Но я не готов рисковать своей жизнью и жизнью своих людей, спасая вас только потому, что вы решили проявить геройство и выручить из плена своего товарища. А теперь позвольте мне объяснить вам, как все будет происходить. Руководить операцией буду я, — заявил Уол. — Отныне ваши звания не имеют никакого значения. Мое слово — закон, нарушение карается смертью. — Никто из присутствующих даже не вскинул бровь при последних словах, все понимали, что так оно и должно быть. — Вы будете делать то, что я скажу и когда скажу. Скажу «стой», и вы будете стоять так тихо, словно мертвы и похоронены. Скажу «бегом», и вы будете бежать, пока не рухнете. Если я скажу «нет», то это значит «нет». Ничего не трогать, пока я не разрешу... это же будет касаться и вашего товарища. Действовать только по моей команде. Всем ясно?

Трое офицеров ВВС молча кивнули.

— Отлично. Вы уже часть этой операции, есть приказ командования, так что будете участвовать в ней. А теперь — спать.

Ормак передал сообщение Макланану и поднял свою винтовку.

— Думаю, я еще потренируюсь, сержант.