Читаем Низший полностью

Больше я не произнес ни слова. А зачем, если мой молчаливый намек и так все поняли? В принципе мне насрать с кем там трахаются бойцы. И мне плевать, о чем они болтают после траха – все равно ничего особо не знают. Так что пусть себе сношаются хоть с золоченными, хоть с посеребренными бабочками. Но только в свободное время. А пока что отряду далеко до увольнительных. Гоблины еще не знают, что посреди ночи их ждет побудка за которой последует пятнадцатикилометровый бросок по ночным дорогам, затем, чтобы освежиться, заплыв через ближайшую реку ради отработки переправы, после чего они вернутся в казармы, проделав обратный путь в примеченном мной глубоком поливном канале проложенном вдоль полей и виноградников. Само собой я проделаю все это вместе с ними. И буду рад пнуть каждого отстающего по ленивой жопе…

Дойдя до лестницы на второй этаж, я поднялся в пару прыжков. Чуть задержался и услышал, как один из только что улыбавшихся гоблинов тоскливо произнес:

– Лид улыбался… видели?

– Видели – столь же мрачно отозвалась коротко стриженная рыжеволосая – Дерьмо!

– Дерьмо – вздохнул боец – Хрен мы выспимся этой ночью…

Вот так гоблины и умнеют… И мне в следующий раз надо следить за поддержанием каменного выражения морды. Чтобы сюрприз оставался сюрпризом…

Мы вернулись на постоялый двор с рассветом.

Кто-то за ворота вбежал. Кто-то следом вошел. Кто-то вполз, а некоторых втащили на волокушах.

Неплохо…

Прямо неплохо…

Не больше пары десятков легких ранений, пяти средней тяжести, семи-восьми переломов конечностей, пальцы не в счет. Только двое захлебнулись, после чего их пришлось откачивать. Только один серьезно повредил башку, когда вздумал прыгнуть в реку не так как ему показывали – плотно сомкнутыми ногами вперед, руки подняты над головой в начале прыжка и раскинуты в стороны в момент входа в воду, чтобы чуть погасить падение. Гоблин решил красиво прыгнуть тупой башкой вперед – дельфином, как он радостно проорал как раз перед тем, как встретиться тыквой с плывущим сучковатым бревном. Даже откачивать дебила не хотелось, но бойцы его десятка проявили участие к судьбе гоблина, и я не стал им мешать. Им же пришлось спешно сооружать для него носилки. На просьбу не тащить полутруп в канал с водой и грязью я только рассмеялся и дружелюбными пинками помог бойцам спуститься. Потом, стоя над засевшим в грязи отрядом, пояснил – мы своих не бросаем. Либо тащим, либо хороним. Выбирайте. Можете быстро прикопать дебила и бежать дальше налегке. Ну или тащите… Усталые гоблины меня порадовали – они реально задумались над щедрым моим предложением, недобро поглядывая на обеспамятевшего соратника. Думали пару минут… и все же решили тащить его дальше.

– Мясо! – рыкнул я – Хреново! Но не так хреново, как я ожидал. Внимание! Каждый десяток в ответе за доставку своих раненых в медблоки! Каждый десяток в ответе за всю снарягу и оружие – если раненые не могут почистить сами, то чистит их десяток! Приступайте! Раненых в медблоки. Привести в порядок снаряжение и оружие – до блеска! Вымыть жопы, чуток пожрать – и на боковую до побудки! Торопитесь, гоблины. Долго спать не получится.

Застонавший двор ожил. С натугой зашевелившие свинцовыми конечностями гоблины задвигались, орущие десятники помогали им добрым словом и ласковыми пинками. Первые волокуши потянулись в сторону медблоков, с шумом врубились расположенные на улицах души для помывки скота. Тугие струи холодной воды ударили по бойцам, принявшись размывать облепившую их грязевую корку.

Постояв под душем, я, показывая пример, занялся снаряжением, начав с оружия. Где-то минут через пять во двор вбежали Тигр с Тигрицей, следом, хрипло кашляя, Котлета и Стейк. После форсирования водной преграды я приказал Тигру еще немного пробежаться, дав задание оббежать окружающие трактир поля и только затем лезть в поливной канал. Разведчики должны быть вдвое выносливее и быстрее. С них всегда двойной спрос. Тяжело отдувающийся зверолюд махнул лапой в сторону ворот. Там робко переминался десяток незнакомых гоблинов с напряженными харями.

– Свежее мясо жаждет вступить в ряды – пояснил зверолюд.

– Каппа! – крикнул я и из-под душа шагнула фигура мечника – Поговори с теми гоблинами. Растолкуй насколько тут все хреново. Если не передумают – распихай по десяткам и пусть готовят жопы к рывку.

– Есть!

Азиат тяжелой трусцой направился к воротам, а я глянул на счастливо лыбящегося часового на наблюдательной башне и жестом велел ему спуститься и помочь с доставкой раненых к месту лечения. Другим жестом велел Тигру сменить часового кем-нибудь из своих. Вскоре туда поплелись Стейк и Котлета. Их спины выражали многое… но только не радость. Умные гоблины поняли, что поспать им не судьба.

– Так хочется разврата – выдохнула перегнувшаяся через подоконник девушка с золоченными бровями и ресницами, после целой ночи пьянки выглядящая удивительно свежо и трезво – Герой Оди… потрахаться не желаете?

– Героям не до траха – буркнул я, сдирая с себя разгрузку и бросая этот грязный ком под душ – Рэк! Отверни хлебало от сисек золоченных и поверни к винтовке!