Сохранять себя от осуждения — главный совет старца Нила, касающийся повседневной жизни человека. Но он почему-то не был услышан современниками старца и ближайшими учениками, ввергнувшими себя в водоворот споров и ненависти. В послании Вассиану Нил предупреждал: «От не таковых же ошайся (удаляйся. — Е. Р.), съхраняй же ся и тщися не укорити, ни осудити кого в чем, аще и не благо что зрит ти ся. Но себе грешна и неключима (негодного. — Е. Р.) во всем вменяй»[554]. То же духовное наставление мы читаем в «Послании иконописцу»: «Аще и житие неисправлено мнится нам имети, но нам недостойно есть осужати сих: ин бо есть сих судиа, иже сокровенных зритель. Тебе же да будет всяк достоин, точию да не будет явственно от церкве отлучен»[555]. Мысль о том, что только Бог может судить и исправлять грехи людей, Нил Сорский развивает в послании к монаху Гурию (Тушину): «И ты, человече Божий, таковым не приобщайся. Не подобает же и на таковых речми наскакати, ни поношати, ни укоряти, но — Богови оставляти сиа: силен бо есть Бог исправити их»[556].

Не обошел автор «Послания иконописцу» и острой темы нестяжания: «Аще ли же в церькви предстояще, глаголем о стяжаниих и о имениих и о суетных и тленных, больше паче не приходити, ниже раздражити Господа. Аще бо кто и приходит, но всуе тружается окаанный: мерзок бо и нечист есть Богу»[557]. Выделенное курсивом словосочетание характерно для сочинений преподобного Нила. Мы не будем больше утомлять читателя сравнениями, отметим только, что есть все основания видеть во 2-м «Слове» «Послания иконописцу» фрагменты подлинного послания Нила Сорского. Можно предположить, что Иосиф Волоцкий отредактировал и дополнил текст старца перед тем, как включить его в собственное сочинение. Развернутая аргументация из библейских текстов, которая не была характерна для творчества Нила Сорского, но является отличительной чертой сочинений Иосифа Волоцкого, присутствует в некоторых частях 2-го «Слова», что не дает возможности считать его целиком творением старца Нила. Но большая часть этого «Слова» вполне могла ему принадлежать. По крайней мере, в истории русской словесности не известен другой автор, кто бы писал в такой стилистической манере и выбирал подобные темы. Поэтому мы с достаточной долей уверенности можем предположить, что существовало некое послание, написанное Нилом Сорским художнику Дионисию.

Из келейного сборника Нила Сорского

От Старчества

Некоему старцу было откровение. Он увидел очень красивое райское место, в котором пребывал человек. Старец спросил его: Что ты делал в земной жизни? Тот ответил: Я был прокаженным и с благодарностью до конца принимал свою болезнь. Когда я скончался, меня принесли на это место.

Старец увидел и другого человека, его обитель была хуже первой. Старец спросил его: А ты что совершил в мире? Он же ответил: Я был иноком с самого начала и не ленился о своем спасении, потом стал епископом ради суетной мирской славы. Когда умер, принесли меня сюда. Если бы я не пожелал принять епископский сан, то пребывал бы сейчас там, где всегда хотел, — на месте прокаженного.

(ГИМ. Епарх. № 349. Л. 168 об.)

Из книги преподобного отца нашего Дорофея

Когда блаженный Досифей впал в смертельную болезнь, гнил заживо, харкая кровью, он непрестанно творил молитву, которую ему заповедал авва Дорофей: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя». А в середине вставлял такие слова: «Сыне Божий, помози ми». Однажды обессиленного больного, которого иноки несли «в понявици» (в перевязи), встретил Дорофей и спросил: Как твоя молитва, Досифей? Тот ответил: Прости меня, отче. Уже не могу держать ее. Только поминаю Бога и смотрю на Него, как будто Он все время предо мною. И повернувшись с большим трудом к великому старцу, сказал: Отпусти меня, потому что я больше не могу. И сказал ему старец: Терпи, чадо, близка милость Божия. Через несколько дней Досифей снова обратился к старцу: Владыка мой, больше не могу. Тогда возвестил ему Дорофей: Иди с миром, предстань перед Святой Троицей и молись за нас!

(ГИМ. Епарх. № 349. Л. 168–168 об.)

О преставлении и погребении старца Нила

В середине апреля, когда стаял мартовский снег и Сорскую пустынь окутала легкая зеленая дымка молодой листвы, старец Нил вместе с братией встретил Пасху. Он знал, что последний раз на земле поет пасхальный тропарь: «Христос воскресе из мертвых, смертию на смерть наступив и гробным живот дарова». В последние годы старец тяжело болел. Видимо, поэтому так много текстов о терпеливом и благодарном перенесении болезней он переписал в свой келейный сборник. Среди них встречаются и правила о посте для болящих иноков, в том числе и 4-е правило святого Никифора, патриарха Константинопольского, говорящее о том, что больные в святую Четыредесятницу (Великим постом) могут употреблять в пищу рыбу и немного вина[558].