Читаем Никто не уйдет полностью

– Приказываю остановиться! – раздался усиленный мегафоном голос с башни левого танка. – В случае неповиновения будет открыт огонь на поражение.

Наверно, ради собственной безопасности стоило послушаться и замереть столбом, показать, насколько ты весь из себя такой законопослушный гражданин своей страны. Но Шухарту сейчас было не до собственной жизни. Понятное дело, этого хрена с мегафоном, поди, и на старом заводе слышно. А ему, Рэду, доораться отсюда точно не получится, не расслышат его за бряцаньем железа об железо и топотом ботинок по асфальту. А время дорого. Поэтому он как шел, так и продолжал идти, огибая аномалии уже даже без проверочных гаек, на одной интуиции. Потому что если сейчас они действительно стрелять начнут, то значит, так тому и быть. Значит, у него просто уже в который раз ничего не получилось…

– В последний раз приказываю остановиться!!! – в голосе орущего появились истеричные нотки. – Взвод, слушай мою команду…

Но Рэд уже стоял на месте, высоко подняв руку. И разглядев в бинокль, что именно зажато в ладони сталкера, командир танка, отделения или зона его знает чего, внезапно осекся, будто по рупору его мегафона кто-то с ноги долбанул, заклинив микрофоном горластую пасть. Видать, до военных довели некоторые секретные документы, предназначенные только для сотрудников Института. Или они сами до них добрались не спросясь никого, и быстренько разобрались, что к чему. Когда дело касается нового мощного оружия, вояки умеют быть шустрыми и сообразительными. А возможно, он разглядел, как из-за спины Шухарта вышел Эдвард, непринужденно держа в руке такую же штуковину, словно невзначай направленную на тот «Абрамс», что стоял слева.

Отсюда было видно, как военный опустил свой «матюгальник» и замер на полминуты – похоже, получал инструкции по рации. После чего вновь поднял мегафон и пророкотал:

– Рэдрик Шухарт, прошу вас подойти.

Рэд не пошевелился.

– Рэдрик Шухарт, немедленно… – раздраженно начал военный – и снова заткнулся. Армейский мегафон, который военный на этот раз не успел опустить, донес до сталкеров недовольное бормотание рации.

– Прошу господ сталкеров подойти, – раздалось из рупора. И сразу следом: – Отбой тревоги.

– Господ сталкеров, ишь ты, – хриплым от напряжения голосом произнес Цмыг. – Зауважали, мать их…

– А вот отбой тревоги – это они зря, – проговорил Эдвард, и не думая опускать «смерть-лампу». – Ну что, пойдем что ли…

При ближайшем рассмотрении военный, вылезший из танка, оказался личностью знакомой. Так-то под касками все вояки на одно лицо, но на расстоянии в десять футов уже можно понять, что не в инкубаторе Института их клонировали, а все-таки каким-то иным способом на свет произвели. Этому служба явно на пользу не пошла. Еще больше пожелтел и высох, прям мумия, а не человек. Только глаза горят на морщинистом лице нездоровым огнем, какой наблюдается порой у заядлых наркоманов, буйных сумасшедших и убежденных фанатиков своего дела.

– Здравия желаю, капитан… упс, полковник Квотерблад, – сказал Шухарт, скользнув взглядом по зеленым погонам с серебряными орлами и при этом даже не думая протягивать руку. – Давайте без церемоний, сразу к делу.

– Даже печенью моей не поинтересуешься? – криво, и как-то напряженно ухмыльнулся полковник. – Между прочим, у меня в кармане лежит ордер на твой арест.

– Между прочим, у меня в руке «смерть-лампа», – спокойно произнес Рэд. – А у русского ученого – вторая. И вы даже не представляете, на что способны эти штуки.

– Да ты никак мне угрожаешь? – поднял брови Квотерблад. – Ты ничего не попутал, сталкер?

– Угроза исходит не от меня, – покачал головой Шухарт. – И счет идет на минуты. Дайте мне вашу рацию. И чем быстрее вы это сделаете, тем лучше будет не только для вас, но, возможно, и для всей Америки.

Полковник хотел что-то сказать, но потом скользнул взглядом по двум странным штуковинам, насчет которых он получил недавно абсолютно конкретные распоряжения, поджал недовольно губы – и, сняв требуемое с плечевого крепления на разгрузке, протянул сталкеру зеленый прямоугольник.

– Здравствуй, Рэд, – почти без промедления донеслось из рации. – Ну, как дела? Сто лет тебя не видел. Где пропадаешь, чем занимаешься?

– Привет, Дик, – не особо удивившись, произнес Шухарт. – У меня как всегда, больше по мелочам. Но сегодня, похоже, особый случай.

– Я знаю, – сказал голос. – В новых костюмах вмонтированы встроенные камеры, так что я в курсе всего.

– Врешь, Нунан, – ровно произнес Рэд. – Вернее, привираешь. Если б камеры ловили всё, ты бы знал что делать.

Последовала секундная пауза, за которой прозвучал смешок, приглушенный треском помех – рядом с Зоной без них никуда.

– Твоя правда, – согласился невидимый собеседник. – В седьмом корпусе камеры вообще ни черта не ловят, как и во многих других районах Зоны.

– Например, в карьере с экскаватором.

– Точно, – легко согласился Нунан. – Даже не знал, что там есть экскаватор. Камера в костюме Цмыга включилась на секунду, когда он с русским вышел из корпуса, но потом они вернулись и изображение пропало…