Читаем Никаких иллюзий полностью

– Угу. – Элли по-прежнему стояла у кромки воды. Волны ласкали ее лодыжки.

– Я пытаюсь сказать тебе о том, почему я сразу не назвался. У меня впервые в жизни появился шанс быть самим собой. Таким, каким меня никто не знает. Всегда об этом мечтал.

При свете луны Джейк так отчетливо видел лицо Элли, что мог бы поклясться: в ее глазах стояли слезы. Он внимательно оглядел ее лицо. И красивые волосы. Он заметил, как горделиво она держит голову. Настоящая красавица.

– А я решила, что ты мне просто не доверяешь, – сказала она.

– Мы были незнакомы, – заметил он. – Нас свели вместе чрезвычайные обстоятельства. Мы пытались выжить, находясь у черта на куличках, и я очень волновался за Бена. Ты доверяла мне?

Она ответила не сразу.

– Д-да, – наконец произнесла Элли. – После того как ты нес меня по пляжу, вытащил из-под завала… – Ее губы слегка дрогнули. – Я тебе поверила.

– Ты говоришь в прошедшем времени? Элли сглотнула.

– Сейчас я не позволяю себе верить людям.

– Почему нет?

Молчание затянулось, но Джейк не имел права ее торопить. Он уважал ее потребность в уединении.

– Я тоже недоверчив, – признался он. – Я научился этому еще в детстве. Бен единственный, кому я полностью доверял. – Джейк вздрогнул, когда крупная волна коснулась его ног. – Но даже ему я сейчас не могу доверять.

– Почему?

Он мог бы последовать примеру Элли и промолчать, но ответил:

– Потому что он лгал мне.

– По поводу чего?

Джейк огляделся. Они были одни на пляже. Две темные фигуры под ночным небом. Их, вероятно, было едва видно.

– Если я скажу тебе, – негромко произнес он, – ты поймешь, что я доверяю тебе. Полностью доверяю.

А может быть, это самое искреннее извинение, которое он может ей предложить. Элли кивнула и слегка вздрогнула. От предвкушения? Или от холода?

Джейк протянул руку, и на этот раз она охотно взяла ее. Он провел ее к мягкому песку, хранящему солнечное тепло. Хотя он отпустил ее руку, когда они сели, их тела были так близко, что руки почти соприкасались.

Довольно долго он не мог найти слов, чтобы начать говорить. Он собирался сделать очень масштабное признание.

– Я слышала, как он кричал на тебя, – тихо сказала Элли. – Когда вы спорили, кого следует спасать первым. Я слышала, как он спросил: «Как ты думаешь, почему она покончила с собой?» Ты об этом хочешь мне рассказать?

Джейк отрывисто кивнул:

– Я ничего не знал. Я всегда думал, что она умерла от случайной передозировки лекарств.

– О ком ты говоришь?

– О нашей матери.

– О, Джейк. – Элли взяла его за руку. – Какой ужас.

– Хотя это правдоподобно, – резко произнес Джейк. – Оглядываясь назад, я понимаю, что она была алкоголичкой. Но любая женщина, ставшая женой моего отца, спилась бы. Он был законченным негодяем и подлецом. А она подсела на лекарства, которые ей выписывали. В средствах массовой информации ее называли «красивой, но хрупкой», и они были правы. Но я думал, что она любит нас. Что она ни за что не оставит нас одних с отцом.

– Конечно, она любила вас, – жестко ответила Элли. – Но иногда одной любви недостаточно. И иногда люди убеждают себя, что тем, кого они любят, будет лучше без них. Но они ошибаются. Сколько вам тогда было лет?

– Четырнадцать.

– Вы были очень юными, поэтому решили, что виноваты в ее смерти.

– Только не я. Потому что я не знал, что это было самоубийство. Бен скрыл это от меня.

– Он любит тебя. Он защищает тебя. Какие простые и правдивые слова.

Бен родился на двадцать минут раньше Джейка, но всегда вел себя как старший брат. Он был ответственнее и заботливее.

Именно Бен провел ночь в тюрьме после их ужасной подростковой выходки, когда они угнали «ламборджини» одного из гостей своего отца, а затем разбили машину. А на следующее утро их мать обнаружили мертвой.

Хотя Джейк был единственным, кто получил видимое повреждение после ужасного инцидента в Афганистане, по-настоящему травмирован был Бен. После взрыва Джейк был без сознания. Он не помнил, что произошло. Бен оказался в эпицентре бойни. Он пытался спасти брата, слышал крики умирающих детей.

После этого Бен стал еще ответственнее, возглавив финансовую империю отца, когда старика сразил инсульт. А Джейк в это время просто продолжал веселиться. Благодаря знаменитой матери он легко стал своим в Голливуде. Его талант притворства сочетался со славой, которую принесли ему глянцевые журналы, называющие его сексапильным мужчиной.

– Почему он ничего мне не сказал? – спросил Джейк. – Почему не поговорил со мной?

– Спроси его об этом сам. – Элли нежно на него посмотрела. – Вам обоим трудно раскрывать свои чувства.

– Да.

– Кстати, я голодна.

– Я тоже.

– Давай вернемся и посмотрим, не осталось ли что-нибудь поесть.

– Конечно. – Джейк встал на ноги и предложил Элли руку, помогая ей подняться. Он не сразу отпустил ее руку. – Мы снова друзья? – тихо спросил он. – Я прощен?

– Конечно. И спасибо, что доверился мне. Я тебя не подведу.

– Я знаю об этом.

Джейку казалось, что в лице Элли он нашел нечто редкое и ценное.