Читаем Незнакомец полностью

Ему следует поторопиться. Он посмотрел на Ребекку: у нее были растрепанные волосы и потрескавшиеся губы, она выглядела бледной и невыспавшейся, но была такой красивой, прямо-таки неземной красоты… Ему надо будет рассказать ей о Мариусе, перед тем как он убьет ее. Надо будет рассказать о том, что они с Мариусом сделали с его приемными родителями. Он просто должен ей все рассказать. Это важно. Но у него оставалось не так уж много времени. И это оставшееся время он хотел провести с ней наедине. Чтобы были только он и она.

Как это всегда, с самого начала, и должно было быть.

Он уставился на Ингу. Она мешала. Она определенно мешала. Почему эта глупая телка не осталась в машине?

— Обременительна, — произнес он. — Ты так обременительна.

Потом он встал. Инга уставилась на него широко открытыми от страха глазами.

6

Инга знала, что должна умереть в конце этого действа — они обе, она и Ребекка, должны умереть. Максимилиан достаточно часто упоминал об этом на протяжении своих долгих, запутанных речей, в которых говорил о его безответной любви и об ошибках в его жизни, в которых он обвинял только и исключительно Ребекку. Им оставалось ровно столько времени, сколько ему понадобится, чтобы излить перед ними свою больную душу. А затем наступит конец.

Когда Кемпер внезапно уставился на нее своими холодными, неподвижными глазами, Инга была уверена, что уж теперь-то ее время точно вышло.

— Я хочу остаться с Ребеккой наедине, — произнес он. — Тебя все это, в общем-то, совершенно не касается.

Почему он сразу не пристрелил ее, она не знала. Зачем он прикладывал старания, чтобы связать Ребекку бельевой веревкой, из которой Инга освободилась несколько часов назад, а затем, грубо схватив руку Инги, заставил ее встать и, словно на буксире, потянул из комнаты, она не могла понять. Сначала женщина подумала, что он потащит ее в сад, чтобы там застрелить, но он торопливо направился с ней по лестнице наверх и потащил ее за собой по коридору к спальне Ребекки, где на полу лежал тяжело раненный Мариус. На протяжении всего этого времени Инга думала только об одном: "О господи, хоть бы он не обнаружил мобильник! Только бы телефон не выпал! Если он меня сразу не убьет, это наш единственный шанс".

В дверях комнаты Кемпер сильно толкнул ее. Она, пошатнувшись, стукнулась о туалетный столик Ребекки, больно ударившись бедром о его край, и вскрикнула от боли. К счастью, мобильник был закреплен на другом бедре. Женщина как раз успела прижать его рукой, иначе он упал бы на пол.

— О вас двоих я позабочусь позже, — сказал Максимилиан.

Он громко захлопнул дверь и дважды повернул ключ в замке.

Инге понадобилось несколько секунд, прежде чем она смогла двигаться. Она все еще была жива, что казалось ей чудом, и Кемпер не обнаружил драгоценный мобильник, что, возможно, было еще более невероятным чудом. Ей стоило некоторых усилий, чтобы посмотреть вниз, на свою пораненную ногу. По дороге наверх она где-то потеряла пропитанную кровью импровизированную повязку, но, похоже, рана перестала наконец кровоточить. По крайней мере, от этого она не умрет.

Инга вытащила мобильник из-под своей ночной рубашки и сунула его под комод — так, чтобы Максимилиан не увидел его, если внезапно зайдет. Затем повернулась к Мариусу.

Он еще дышал, и ей даже показалось, что его состояние немного улучшилось. Пульс и сердцебиение стали стабильнее, дыхание — более равномерным. "Он может выкарабкаться, — подумала женщина с внезапным облегчением. — Если сейчас быстро придет помощь, то он выкарабкается!"

Она подползла на животе к комоду, достала мобильник и снова проползла обратно к своему тяжело раненному мужу.

— Мариус, — прошептала она, — я позову помощь.

Мужчина открыл глаза. Его веки затрепетали, а взгляд в первый момент был расплывчатым, но затем стал яснее.

— Инга… — произнес он с глубоким удивлением.

Он узнал ее. На глазах у нее выступили слезы от облегчения и умиления.

— Мариус, — заговорила она медленно, стараясь, чтобы он ее понял, — ты знаешь номер французской полиции?

Ее муж, казалось, напряженно задумался.

— Я… я не уверен, — пробормотал он наконец и попытался приподняться, но его голова тут же упала обратно на пол. — Что произошло? Где… Максимилиан?

— Он стрелял в тебя, Мариус. Сейчас он внизу, в доме, с Ребеккой. Мариус, он нас всех убьет. Нам надо позвонить и вызвать помощь. У меня его мобильник. Мобильник Максимилиана!

Во взгляде раненого снова появилось то напряженное выражение.

— Я… просто не знаю этот номер. Я вообще уже ничего не знаю. Я… хотел уйти отсюда с Ребеккой. Как вдруг пришел он. Максимилиан. Я… Он выстрелил. Да, он выстрелил в меня еще прежде, чем я что-то мог сказать… или сделать…

— Я знаю. Он сумасшедший. Он убьет Ребекку, поскольку считает, что она разрушила его жизнь, а нас — за то, что мы об этом знаем.

"И у нас чертовски мало времени", — подумала Инга с отчаянием.

Она понятия не имела, в какой полицейский участок попадет, если из-за границы наберет экстренный номер германской полиции. Поверят ли ее запутанной истории и поднимут ли тревогу в Лё-Брюске?