Читаем Незаменимый вор полностью

— Так, — сказал Христофор, — куда теперь?

Ольга медленно пошла по проходу между рядами станков. Луч фонаря выхватывал из темноты застывшие справа и слева гильотины, прессы и циркулярные пилы. Неизвестно отчего, на Христофора все эти лезвия, зубья и прочие сверла производили зловещее впечатление.

«Ерунда, — думал он, отгоняя страх, — просто горы ржавого металлолома. Одна опасность — могут рухнуть на голову.»

Гонзо старался идти по самой середине прохода. Он зорко вглядывался в темноту и в то же время прислушивался к звукам, доносившимся снаружи. Сердитые удары в ворота сыпались теперь непрерывно.

«Совсем как тогда, в Сент-Луисе… — подумал Христофор. — … До сих пор не пойму, кто запустил среди вкладчиков утку, будто я собираюсь удрать с деньгами? И кто знает, если бы они не принялись тогда высаживать дверь, может быть, я бы и не удрал?»

После уголовной полиции Христофор больше всего на свете не любил обманутых вкладчиков, разумеется, после того, как они открывали обман. И все же сейчас он, пожалуй, предпочел бы иметь дело с ними, а не с этими исчадиями констраквы, которых нельзя ни поссорить друг с другом, ни обмануть поодиночке, ни натравить на кого-нибудь другого.

А ведь они раньше тоже были людьми! Христофор вдруг вспомнил, что сделала констраква с Федулом и его бригадниками. Может быть, не все это кишащее стадо, но какая-то часть его — бывшие люди. Рабочие, застигнутые аварией, любопытные, желающие поближе рассмотреть невиданное озеро, и, конечно, предприимчивые ребята, вроде него самого, мечтающие грести золото лопатой, а откуда — неважно, хотя бы и со дна озера констраквы. Интересно, что они чувствуют? И что они помнят? Судя по их поведению — ничего. А может быть, им просто наплевать на то, кем они были в прошлой жизни, и нынешнее положение заботит их гораздо больше. Также, впрочем, как и нас…

Всем нам место в этом стаде, горестно вздохнул Христофор. Правильно Ольга говорит. Всех, кто собирает сметану на констракве и на других, подобных ей «прибыльных предприятиях», следует загонять сюда и превращать в крокодилов. Одного только княжна не учитывает — ведь это относится и к тем, кто разбрасывает по разным мирам беспризорных ифритов… Вот, кстати, один из них уже шлет весточку!

Где-то под крышей цеха вдруг загудело, в дальнем конце его обнаружилось движение, и скоро охотники увидели несущуюся на них широкую тень. Это был довольно обычный механизм — кран-балка — предназначенный для переноса грузов внутри цеха. Вот и сейчас под крюком у него раскачивалась на длинном тросе большая вязанка металлических туб. Ничего особенного не было бы в этой картине, если бы трубы не летели так стремительно прямо над проходом — как раз навстречу экипажу межмирника.

Гонзо застыл на месте. Он понял, что будет, когда вязанка окажется над их головами. Укрыться здесь совершенно негде…

Не успев еще до конца додумать эту мысль, Христофор схватил за плечо графа и выкрикнул ему в ухо:

— Срезать трос!

В следующее мгновение аннигилятор был уже в руке Джека Милдэма. Христофор увидел только, как над трубами, там, где проходил почти невидимый отсюда трос, вспыхнул сноп искр. Вязанка сначала даже не дрогнула, продолжая лететь над проходом. "Не вышло! " — испугался Христофор, но тут же увидел, что она стала снижаться — сначала медленно, затем все быстрее и, наконец, врезалась в пол, не долетев всего шагов двадцати до замерших охотников за ифритами. Раздался звонкий грохот, вязанка рассыпалась от удара, и трубы, подпрыгивая и кувыркаясь, разлетелись в разные стороны.

И вдруг весь цех пришел в движение. Взвыли моторы, закружились, набирая обороты, диски циркулярных пил, сверла, фрезы и маховики. Труба, отброшенная мощным поворотом карусели, влетела прямо в пасть гильотины, и та с тяжелым паровозным вздохом сейчас же перекусила ее пополам. Одна половина затряслась под ударами стоявшего рядом перфоратора, а другая откатилась в сторону и попала под пресс. То же самое происходило по всему цеху. Отовсюду летели обрезки, осколки труб, искры и стружка.

Охотники за ифритами поняли, какой сюрприз был приготовлен любому, кто войдет в цех. Если бы не выстрел графа и не рассыпавшаяся вязанка труб, все эти станки рано или поздно набросились бы на людей. Теперь же, пока оборудование было занято работой по металлу, можно было попытаться ускользнуть. Эта мысль одновременно пришла в голову всем троим.

— За мной! — крикнул Гонзо и первым бросился вперед по проходу. Ольга и Джек не отставали.

Огни электросварки, прилежно кромсавшей железо, освещали все вокруг. В этом рваном бенгальском свете то и дело мелькали высовывающиеся из рядов шатуны, опасно занесенные над проходом рычаги и крюк крана-балки, переносящий какие-то изогнутые, сплющенные силуэты с одного пыточного места на другое.

— Держитесь середины прохода! — крикнул Христофор.