Читаем Незаменимый вор полностью

Но Гонзо и без бумаг узнал стоящий на прежнем месте, до боли знакомый межмирник «Флеш Гордон». Он был еще горячий после прыжка сквозь бесчисленные пространства и стоял несколько скособочившись — видно где-то при посадке подмял одну из опор. Дверь межмирника была настежь распахнута, внутри горел свет. Граф и Гонзо в одно мгновение осмотрели все помещения и убедились, что людей на судне нет. Джек сразу принялся возиться с пультом, от которого еще поднимался сизый дымок, а Христофор вошел в крохотную ольгину каютку и сел на диван.

Он сразу увидел письмо — сложенный пополам лист с крупной надписью: «Джеку и Христофору». Гонзо развернул его и стал читать:

«Прежде чем вы разойдетесь по домам, хочу сообщить, что наша экспедиция успешно завершена, и поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали. Возвращаю межмирник, мне он больше не нужен. Впрочем, они все скоро будут не нужны. В самое ближайшее время я отменю Дорогу Миров. Она перестанет существовать вместе с Параллельем — просто вдруг выяснится, что ничего подобного никогда не было, нет и не будет. Я теперь располагаю всем, чтобы добиться своей цели. Дело в том, что из девяти бутылок, которые вез для меня „Старец Елизарий“, только восемь были с ифритами, а в девятой находился Эликсир Владения. Если не веришь, Христофор, перечитай Предания. Тот мой „дядя“, который прислал мне эти бутылки, не был полковником корпуса Мюрата. Он был верховным жрецом Ассуры. Его имя Ктор. Он так и не смог покинуть проклятый мир ТИОН-500, куда забросил его безумный Адилхан, но перед смертью сумел переслать мне Эликсир и собранных им ифритов. Восьми ифритов вполне достаточно, чтобы справиться с Медными Стражами. Но Эликсир по незнанию выпил не тот человек, которому он предназначался. Бывший старший помощник капитана „Леонида Кудрявцева“ является теперь единственным во Вселенной существом, способным управлять параллельными пространствами. Он — новый Повелитель, хозяин Чаши Джамшида, и, значит, мне по пути только с ним. Его именем я буду распоряжаться тем миром, который сотворю по своему вкусу…. Я пока не выбрала точную модель Вселенной, в которой буду жить. Знаю лишь, что в истории моего мира будет занимать видное место князь Гостомысл Киевский, мой отец. Остальное — детали… Только не пытайтесь меня преследовать. Однажды я уже побывала в Порту-Ноль и ни перед чем не остановлюсь, чтобы не допустить ошибки второй раз. Постарайтесь меня понять и не поминайте лихом. Ваша княжна Ольга — Вайле.»

Христофор перечитал письмо два раза, бережно сложил и спрятал в карман. Вряд ли стоит сообщать графу, что Ольга собирается строить мир, в котором нет места межмирникам, нет места параллельным пространствам, а значит, скорее всего, и им обоим — Христофору Гонзо и Джеку Милдэму.

«Выяснится вдруг, что меня вообще никогда не было на свете, — подумал он. — Но кто же тогда встретил тебя, Оля, там, в Узловом, и по уши влюбился с первого взгляда? Что это был за человек? Неужели, он был так плох, что ему и вовсе не стоило существовать?»

Христофор поднял глаза, чтобы посмотреть на себя в зеркало, которое Ольга сама повесила на двери своей каюты. Он вдруг почувствовал, что глаза его застилает пелена, смахнул слезы и тогда только убедился, что это не обман зрения. На зеркале губной помадой была выведена торопливая надпись: «Ялта-1903. Неплохая модель Вселенной! Стоит подумать…»