Читаем Незабываемая ночь полностью

— Потеряно? Не может быть! — с ужасом воскликнул другой.

— А ты поди, сам посмотри, коли не веришь. Штаб давно в руках большевиков. Зимний окружен. Большевики поставили правительству ультиматум: либо сдавайтесь, либо «Аврора» пушками заговорит…

— Ну? И что же?

— Правительство не сдается. Хочет с честью умереть.

Ну, а защитники его тают и тают. Впрочем, много юнкеров еще там осталось. Женский батальон целиком там. Чудно! Ну, что они могут сделать?

— Да ты-то как же ушел?!

— А что мне там делать? Из нас многие ушли, не я один. Говорят тебе, — было бы за что умирать. Посмотрел бы ты, что там в столовой делается! Пир во время чумы. Полным-полно пьяного офицерья. Смотреть противно! Позор! А у большевиков — сила.

— Да, но страшная сила! Это же ужас, если они возьмут власть!

— Кто знает?! — задумчиво сказал юнкер. — По-моему, у них — дисциплина. Организация у них чувствуется. А у нас что?

— Как же ты выбрался?

— Мы вышли из дворца на площадь. Подняли руки, нас разоружили и отпустили на все четыре стороны…

Вдали снова ухнула пушка.

— Слыхал? — спросил юнкер. — Это либо «Аврора», либо Петропавловская крепость.

— Как?! — всплеснул руками его собеседник, — и Петропавловка в их руках?!

— Не, в их руках один Зимний… пока. Да и тот долго не продержится.

— А что же Керенский?

Юнкер свистнул.

— Керенский? Его во дворце нет. Еще утром на автомобиле из города уехал.

— Куда?!

— Говорят, навстречу войскам, что идут на выручку. А по-моему, просто удрал. Никакие войска на выручку не придут, вот увидишь. Все перейдут к большевикам.

— Не может быть, — уверенно сказал штатский, — не могут же большевики в самом деле долго удержаться.

— Кто знает?.. — снова неопределенно протянул юнкер.

— Ну, брат!.. — штатский рассмеялся. — Да ты куда, собственно, бежишь? Идем к нам, там подробнее расскажешь, — и он взял юнкера под руку.

— В училище бы, собственно, надо, — сказал юнкер нерешительно, — ну, да, впрочем, теперь уж все все равно! — Он махнул рукой и пошел обратно.

Я обогнала их и побежала дальше. Из разговора я поняла одно, — большевики победили. Это не вызвало ни радости, ни огорчения. Я думала только об одном — найти Володю! И я бежала и бежала, изредка останавливаясь, чтобы перевести дух. Бежала к Невскому.

На улицах было людно. То и дело с грохотом пролетали грузовики, наполненные или солдатами, или рабочими с винтовками. Люди на тротуарах останавливались, смотрели им вслед, о чем-то оживленно говорили. Я ни на что не обращала внимания, а бежала и бежала. Часто я наталкивалась на небольшие толпы. В центре толпы горячо спорили два-три человека, остальные их напряженно слушали, тесно обступив.

В одном месте мне вдруг показалось, что в толпе стоит доктор. Еще этого не хватало! Вдруг он меня узнает, остановит, вернет домой!.. Замирая от испуга, скользнула я в первую же темную подворотню и притаилась за воротами.

Толпа, в которой мне почудился доктор, у самых ворот слушала двух спорщиков.

— …если у нас двоевластие? — донесся до меня конец фразы.

— Никакого двоевластия сейчас нет, — отвечал громкий, но глуховатый мужской голос, — Временное правительство не существует больше…

— Как не существует? — визгливо крикнул женский голос. — У него вся полнота власти!

— Пустые слова! — возразил глухой голос. — За ним никакого авторитета. Фактически сейчас правит Военно-революционный комитет…

— Да вы что — большевик? — крикнул кто-то, и толпа зашумела.

— Никакой я не большевик, а просто трезвый человек, — перекричал всех глухой голос. — И смотрю правде прямо в глаза. Читали сегодня воззвание «К гражданам России»? Там сказано: Временное правительство низложено. И это факт, а не пустые слова.

— Мало ли что они напишут! — вскричал тот же голос, что говорил о двоевластии. — Кучка безответственных авантюристов! Страна за ними не пойдет. Вся страна на стороне Временного правительства.

— Бросьте вы! — сказал глухой голос. — Ну как вы не понимаете простой вещи: народ измучен, дошел до точки. И конечно, пойдет за теми, кто обещает мир, хлеб и землю, а не за теми, кто гонит в окопы и требует еще нечеловеческих жертв… Мне совершенно ясно: то, что происходит, — историческая неизбежность.

— И вы верите, что большевики возьмут власть? — насмешливо спросил другой голос.

— Безусловно, верю.

— И удержат?

— А там видно будет. Я не пророк. Но, во всяком случае, песенка Временного правительства спета. Сейчас народ пойдет за большевиками…

— Вздор! — крикнул снова женский голос.

— А вы, сударыня, в сущности-то знаете, кто такие большевики, в чем их суть? — насмешливо спросил глухой голос.

— Не знаю и знать не хочу! — крикнула женщина.

И снова толпа взволнованно загудела.

Я осторожно выглянула. Да нет же, этот толстый человек вовсе не доктор! Я не стала слушать дальше, выбралась из своей засады, обогнула толпу и снова побежала.