Читаем Невидимки полностью

– Уму не постижимо. Правительство творит что-то не вообразимое. Сначала ввели полный запрет на проведение работ, требующих нахождения сотрудников на рабочих местах. Потом ослабили ограничения. Но и это умудрились сделать так, что половина оборудования простаивало. Помнишь сколько человек одновременно разрешали допускать в цех площадью в сто квадратов?! – спокойствие жены, ее понимающий взгляд помогали усмирять эмоции, вызываемые воспоминаниями о недавних событиях, – Десять. Самое смешное, что одиннадцатый в этом цеху, ну разве что не жил!

– Ты про инспектора?

– О нем, проглоте, о нем. А всем невостребованным работникам обязали платить среднюю зарплату. Где простаивающей компании изыскать такие резервы?

– Нам, слава богу, повезло – не только резервы, но и дополнительные поступления от зарубежных активов получилось задействовать. Мы выйдем из этого кризиса сильнее конкурентов.

– Конечно! Но я не к тому веду. Конкурентов может и вовсе не остаться. Помимо роста финансовой дыры намечается еще и кадровый голод. Люди бегут! И я их понимаю. Что значит жить на минимальную зарплату, да еще и в условиях эпидемии? Они и перебираются туда, где могут себе позволить платить. А кто это?

– Зарубежные компании, не привязанные только к нашим условиям.

– А еще в большей степени компании марионетки, зависимые или прямо принадлежащие чиновникам. Они сейчас заберут лучших специалистов, а что потом делать просевшим в кризис? Пока они воспитают новые кадры, их ресурсы полностью иссякнут.

– У нас тоже кто-то ушел?

– Из значимых, кажется, никого не потеряли. Но нам это дорого обходится.

– Даже если этот период удастся пережить, нет никаких гарантий, что не будет издан новый закон, который нас разорит. Надо что-то менять. Вариант бросить бизнес в этой стране мне не нравится: в любом другом месте может случиться тоже самое, а подушка безопасности уже будет тоньше, чем могла бы быть. Значит надо стремиться к получению политического влияния здесь!

– Предлагаешь баллотироваться на следующих выборах?

– Нет, конечно. Ты не хуже меня знаешь судьбу кандидатов из бизнеса. Надо сначала заручиться поддержкой масс. Эта эпидемия и непопулярные меры правительства – отличный шанс.

– Но ведь сейчас запрещено собираться группами больше четырех человек. Как же можно что-то организовать?

– Ты же знаешь проблемы людей? Начни их решать. Надо уже сейчас бороться с последствиями эпидемии. Тогда к ее завершению можно будет попробовать бороться и с причинами этих проблем – правящей шайкой. Они зачем-то загнали стариков в изоляторы. Многим не нравится такая разлука. Надо воспользоваться этим. Кроме того увеличь адресную поддержку своим рабочим, не только лучшим, но всем. Пусть люди чувствуют себя защищенными рядом с тобой. С проверенными людьми можно начать обсуждение политических решений, что можно изменить, как этого добиться.

– А если донесут? Меня могут осадить.

– Для политической карьеры, сколько помню из истории, это скорее плюс! Да, и не донесут, если все правильно сделать. Скольким людям ты сможешь довериться, привлечь для борьбы с действующим режимом?

– Ты слишком торопишься. Столь радикальный посыл отпугнет кого угодно. Думаю, о нашем разговоре никто не должен знать. Полностью я не уверен ни в ком. Хотя конечно с Платоном мы и раньше обсуждали политические новости.

– А когда началась эпидемия, и он стал работать по этой теме, разве он поддерживал спускаемые сверху решения?

– Ни чуть. Мне даже пришлось отговаривать его увольняться. Он думал в знак солидарности вместе с другим завлабом покинуть институт. У того в лаборатории осваивали первые тесты по идентификации нового заболевание и ему пришло распоряжение выдавать заданное число положительных результатов. В лаборатории Платона ничего подтасовывать не требовалось, но возмущен он был ужасно. Еле-еле его отговорил.

– Слава богу, что тебе это удалось! Теперь он может стать источником бесценных сведений. Только надо быть с ним предельно осторожным. Вдруг из-за его работы за ним будут следить. Надо вам обоим придумать псевдонимы. Основная масса привлекаемых к этому делу не должны знать тебя иначе, как по вымышленному имени.

– Так может лучше пусть совсем не знают.

– Нет, так нельзя. Лидер должен быть осязаем. Если пока нельзя тебя лицезреть, то по крайней мере слышать и отличать твои решения и твои слова от остальных должен каждый. Тогда выйдя из подполья, ты уже будешь известен.

– И как же меня будут называть?

– Это должно быть что-то яркое, запоминающееся. Может Призрак? Или Невидимка?

– По нынешним временам это прозвище подходит большинству. Нет, так должно называться все общество.

– Общество невидимок!

– Общество защиты прав невидимок?

– Слишком длинно. "Общество защиты невидимок", лучше звучит.

– А я буду председателем этого общества, – улыбка появилась на устах Председателя, получившего с одобрения жены свой конспиративный псевдоним.