1. 350-й гвардейский Краснознамённый ордена Суворова III степени парашютно-десантный полк, в котором было два батальона (могу и ошибаться, так как в нём, вероятно, были и другие подразделения, но основными всё же были Первый и Второй батальоны) – сам же полк обзывался «полчок», а все его военнослужащие именовались «курками».

2. 1179-й гвардейский Артиллерийский полк.

3. 62-й Отдельный гвардейский танковый батальон.

4. 742-й Отдельный гвардейский батальон связи.

5. 130-й Отдельный гвардейский инженерно-сапёрный батальон.

6. 20-й гвардейский Отдельный ремонтный батальон.

7. 1388-й Отдельный батальон материального обеспечения.

8. 115-й гвардейский Отдельный медико-санитарный батальон.

9. 80-я гвардейская Отдельная разведывательная рота.

10. 317-й гвардейский ордена Александра Невского парашютно-десантный полк (располагался в центре Кабула и своим присутствием охранял резиденцию правительства Афганистана).

11. 357-й гвардейский ордена Суворова II степени парашютно-десантный полк. Располагался он почти на южной окраине Кабула, занимая крепость, которую мы называли Балтазар, что в переводе с пушту и есть опять-таки крепость, и один из дворцов с фонтанами, садом и бассейном, наполняемым из водопада. На этой же территории находилась и гарнизонная гауптвахта.

12. 105-й Отдельный зенитно-ракетный дивизион (находился за пределами городка и своим присутствием охранял северную стоянку Кабульского аэродрома).

13. Комендантская рота.

14. Гарнизонный морг (располагался в теле дивизии, но всё же с края – недалеко от восточного выезда из расположения дивизии).

• Кроме того, за колючей проволокой, рядом с телом нашей дивизии находилась знаменитая кабульская пересылка и армейские склады, а также почта и экспедиция, прятавшая все секреты в холщовых мешках за сургучными печатями.

В ноябре 1983 года почти вся дивизия всё ещё жила в палатках.

Счастливцами были только две роты отдельного батальона связи; первый батальон полтинника; медсанбат; рота обеспечения (комендантская рота – комендачи), прикреплённая к штабу дивизии; гражданские (иначе – вольнонаёмные) – все они располагались в новых зданиях модульного типа. Сейчас их называют щитовыми домами, но тогда это были модули.

В модуле располагался и штаб дивизии. Отдельным укором в виде привета от Родины был магазинчик, который из-за применяемой в нём валюты называли «Чекушкой». Он стоял, как прокажённый, посреди небольшого пустыря, словно будка ГАИ на веере дорог – вернее, все дороги заканчивались в нём, хотя были и проспекты. Главной достопримечательностью тогдашнего городка был клуб 350-го полка. Почему именно 350-го полка, не знаю, но в 1983 году он был единственным в дивизии, и относить его к определённому подразделению было глупо. Одновременно строились две столовые – отдельно для курков и для спецов.

Условности

• Курки – десантники, которые основной массой заполняют численный состав дивизии. Именно они участвуют в непосредственных боевых действиях, связанных с ведением боя посредством личного состава дивизии.

• Спецы – десантники, которые обладают особым выделенным статусом: связисты; разведчики; ну и ОБМО (отдельный батальон материального обеспечения – смазливая конторка изнеженных тел).

• Сапёры – десантники, входящие в состав сапёрного батальона.

• Артиллеристы – десантники, входящие в состав артиллерийского полка.

• Ремонтники – десантники, входящие в состав ремонтного батальона.

• Траки – десантники, входящие в состав танкового батальона.

• Если вы помните высказывание старшины Маковетского[7]: «… и запомните! Невзирая на все ваши специальности, вы в первую очередь десантники и только потом – спецы!», – то вам понятно, почему я слово «десантник» всегда ставлю вперёд.

В каждом из перечисленных наименований есть водители, связисты, танкисты, если требуется, то и сапёры, и артиллеристы, и, конечно, курки (а куда без их набитых мясом тел?!).

К слову, нами были не принимаемы десантники из многочисленных армейских ДШБ (десантно-штурмовых батальонов). Зачастую это была простая пехота, которая носила наши эмблемы. Они и сами это понимали и потому при встрече прятали свои глаза, хотя не спорю – многие из них видели больше смертей, чем мы. Но всё же неба они не топтали, и подготовка их была в основном условной.

Все остальные для нас были «мабутой» или «пяхотой[8]» (за редким исключением обзываемой «краснотой»).

Выполнение приказов и чинопочитание были только для офицеров ВДВ, все остальные, невзирая на звания и чины, получали почести только с позволения командира. Если же в поле зрения командир или офицер ВДВ отсутствовал, то и уставного подчинения добиться можно было только через губу (гауптвахту), да и то – за это лишь журили, а не сажали.

Поэтому с нами никто не связывался и обходил стороной, а если в видимой перспективе рядом с десантником не было командира, то сторонние офицеры старались его вообще не замечать.

Господа офицеры