Я даже не помню гонку, но я рад, что она закончилась. Я рад, что сегодня мне больше не придется плавать и я смогу посмотреть остальные заплывы нашей команды. Некоторые из этих событий близки к завершению. Тонкая, как бритва. Все мы с тревогой следим за официальным временем на табло, а затем начинаем праздновать, когда видим разницу в десятую долю секунды. С каждой победой я чувствую, что все больше вкладываюсь в команду, увлекаюсь этим чувством заботы о чем-то настолько, что ком подступает к горлу.

Я никогда не думал, что мне не будет насрать.

Когда все заканчивается, мы доминируем. На трибунах Слоан сходит с ума. Можно подумать, что мы только что проплыли Олимпиаду, так она прыгает вокруг и кричит. И я понимаю, что она там болеет за меня. Раздражает всех вокруг и выставляет себя полной задницей ради меня.

— Никогда не думал, что увижу этот день. — Лоусон подходит ко мне и следит за моим взглядом. — Что ты сделал с нашей девочкой Слоан, Реми?

Я позволил себе это прозвище, потому что все еще нахожусь в восторге от победы. — Что ты имеешь в виду?

— Ты превратил ледяную принцессу в свою личную группу поддержки. — Лоусон кажется впечатленным. Затем его серые глаза немного стекленеют. — Черт. Посмотри на эти сиськи, которые так подпрыгивают…

Я пихаю его локтем. — Прекрати. Это моя девушка, о которой ты говоришь.

— О, это чертовски очаровательно. Выдаешь себя за ее парня. — Он хихикает про себя. — Фенн говорил, что ты переписываешься с ней каждую секунду, но я не знал, что ты пошел и женился на ней. — Лоусон хлопает меня по плечу. — Плохой ход, парень. Как только ты даешь им обязательства, ты теряешь всю власть.

Мой взгляд возвращается к Слоан. Неудачный ход? Да, нет. Скорее, это лучший ход, который я когда-либо делал.

Странное чувство овладевает мной, и я не знаю, что с ним делать. Глядя на эту девушку, я чувствую, как глупая ухмылка тянется к моим щекам. Мне было бы стыдно за себя, если бы я не наслаждался этим. Что бы она ни сделала со мной, теперь это в моей крови, в толще мозга. Я не знаю, что с этим делать, и хочу ли я этого, если бы мог.

— ЭрДжей, — кричит тренер. — Пойдем. Ты сможешь дать автографы попозже.

Он человек немногословный и не тратит много времени на то, чтобы погладить наше эго «мальчиками для битья» в раздевалке. Наши переходы были небрежными, а наше время было на несколько секунд меньше, чем на прошлой неделе. В общем, не стоит слишком зазнаваться. Тем не менее, ребята в основном наслаждаются победой, пока мы одеваемся, чтобы уйти.

— Ладно, засранцы. — Лоусон вскакивает на скамейку. — Некоторые из вас должны мне денег. Опустошите свои кошельки.

Сайлас закатывает глаза. — Ты не должен делать это прямо перед его лицом.

— Он большой мальчик. — Лоусон с удовольствием собирает пачки денег у большинства наших товарищей по команде. — Он сможет справиться с правдой.

Я смотрю на его выигрыш с весельем. — Принимаешь ставки на меня?

— Сто на то, что тебя стошнит в бассейн. Пятьсот, если это будет с обоих концов. — Он спрыгивает вниз и запихивает деньги в сумку без унции раскаяния. — Спасибо, что держишь себя в руках.

— Лучше надеть на него подгузник для драки, — насмехается ехидный голос.

Картер. Чертов Картер. У него рот, как у померана с передозировкой кофе. Он может задушить комнату, так как никогда не замолкает. И поскольку он одержим идеей целовать задницу Дюка, его любимая тема для разговоров в эти дни — я.

— Дюк не в первый раз ударил кого-то так сильно, что тот обделался, — говорит он, захлопывая свой шкафчик. — На твоем месте я бы не чувствовал себя слишком комфортно. — Ухмыляясь, он подходит и срывает ленту с именем с моего шкафчика. — Ты соберешь свои вещи и вернешься в трейлерный парк, из которого выполз.

— Мы в одной команде, чувак. — Сайлас отпихивает его. — Оставь это.

Картер уходит с наглой ухмылкой и двумя средними пальцами в воздухе.

— Я не могу воспринимать этого парня всерьез, — говорю я сухо. Он такой жалкий, что я бы почти пожалел его, если бы он не был еще и таким невыносимым ослом.

— Картер — киска, — говорит Лоусон.

— Будто он живет, нюхая пердеж Дюка.

— Верно. Но он компенсирует это тем, что делает искусный минет. — Лоусон перекидывает сумку через плечо и надвигает солнцезащитные очки на макушку.

У меня открывается рот. — Что, серьезно? — Я этого не ожидал.

— Конечно. Почти после каждой тренировки. На коленях в сломанной кабинке туалета для инвалидов. Но ты не слышал этого от меня.

Ну, разве Картер не полон сюрпризов?

— Не парься за бой, — говорит он мне. — У тебя все схвачено.

Я не верю, что Лоусон говорит искренне, но я ценю этот жест. Честно говоря, я обдумываю стратегию выхода. Потому что, как бы мне ни было неприятно это признавать, на этот раз я, возможно, влез не в свое дело.

ГЛАВА 37

ФЕНН